Хозяева страны
25 ноября 2017 г.
"Олимпийская" либерализация судебной системы
27 ДЕКАБРЯ 2013, АЛЕКСАНДР РЫКЛИН

ИТАР-ТАСС

Некоторые судебные решения, принятые на последней предновогодней неделе, повергли отечественную общественность в шок, породив смутные надежды на то, что власть все же вознамерилась не затягивать гайки нашей внутриполитической конструкции до последнего скрежета и срыва резьбы, а наоборот – принялась потихоньку откручивать назад.

Все, кто знаком с отечественной судебной практикой, прекрасно знают – возвращение судом дела обратно в прокуратуру на доследование означает фактическое окончание истории. Понятно, что дальше формальности соблюдаются, но почти никогда такие ситуации не разрешаются обвинительными приговорами и уж тем более – реальными сроками. И вот в конце декабря два московских суда – Мосгорсуд и Чертановский суд Москвы – приняли по двум разным делам абсолютно одинаковые решения – оба совершенно неожиданно возвращены в прокуратуру. Неожиданно, поскольку в обоих случаях речь идет о резонансных процессах с участием известных представителей российской оппозиции. А до сих пор отечественное правосудие не демонстрировало лояльного беспристрастного подхода к такого рода делам. Скорее, наоборот. Что давало нам повод характеризовать эти дела вполне определенными эпитетами. Как то – «заказными», «ангажированными», «фальсифицированными» и т.д.

Если сравнивать эти два дела – националиста Даниила Константинова и лидеров «Левого фронта» Сергея Удальцова и Леонида Развозжаева, то не сложно заметить, что в обоих из них следственных натяжек, домыслов и очевидных нестыковок более чем достаточно. Константинова, у которого стопроцентное, абсолютно однозначное, подтвержденное многими свидетелями алиби, обвиняют, тем не менее, в убийстве, а Удальцова с Развозжаевым – в организации массовых беспорядков, которых не было. А доказательства, представленные следствием на семистах страницах обвинительного заключения, выглядят просто смехотворными. Другими словами, обоим судам, вынося решение о возвращение дел в прокуратуру, вовсе не пришлось грешить против истины. Что в нынешних обстоятельствах и стало неожиданностью, поскольку, как я сказал выше, в прямую противоречит сложившейся судебной практике.

А если добавить к этому обрушившееся на нас, как гром среди ясного неба, решение президиума Верховного суда о пересмотре «дела ЮКОСА» – причем, явно в сторону смягчения приговора, то картина вырисовывается уже совершенно фантастическая. Не мудрено, что многие заговорили об очевидной либерализации отечественной судебной системы, которая неминуемо потянет за собой и другие послабления в нашей общественной жизни.

У меня есть подозрения, что радуемся мы рано. Во-первых, поражает синхронность решений, что наталкивает на мысль о кампанейщине. (Представить себе, что им вдруг всем порекомендовали судить по совести, честно говоря, мне как-то сложно.) Кроме того, не будем переоценивать этого судебного ренессанса – никаких оправдательных приговоров мы еще не видели.

Скорее всего, как и в истории со сказочным освобождением Михаила Ходорковского, причиной таких предновогодних послаблений стала надвигающаяся на нас Олимпиада, со сто раз уже проговоренными мотивами и причинами, на описании которых и останавливаться не стоит в который раз. Впрочем, не будем забывать, что в самом начале следующего года нас ждут приговоры по «Болотному делу». Они-то, в действительности, и продемонстрируют, насколько далеко зашло стремление Владимира Путина подправить свой имидж накануне столь важного для него события. И если вдруг окажется, что прагматичные соображения возьмут верх над общей мстительностью характера, так и Бог с ней, с Олимпиадой. И даже украденных там денег будет уже не так жалко.


Фото ИТАР-ТАСС/ Антон Новодережкин


         












  • Сергей Цыпляев: Скорее всего, слова президента соответствовали тому месту, где они были сказаны, и общему настрою «всё для фронта, всё для победы», но практическая реализация тут не просматривается.

  • Дождь: По словам Путина, способность экономики быстро увеличить объемы производимой военной продукции и услуг — это «одно из важнейших условий обеспечения военной безопасности» России. 

  • Сергей Николаевич: К чему бы это? Что это значит? Кто то напасть хочет и нужно готовиться к войне? Или предчувствует, что на этих выборах его народ хочет "кинуть"?

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Встретим конец света на военных рельсах
24 НОЯБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
На уходящей неделе два начальника России, духовный и светский, сделали важные заявления, которые показывают, каким они видят ближайшее будущее страны и человечества в целом. Сначала глава РПЦ Гундяев в своей проповеди, прочитанной 20.11.2017 в ХСС, сообщил о приближении конца света, которое не видят только слепые. Затем президент Путин, выступая уже перед своей паствой, а именно на совещании с руководителями Минобороны и ВПК, посвященном итогам учений «Запад – 2017», заявил о необходимости перевода экономики на военные рельсы. Сложенные вместе эти два заявления можно рассматривать как единый проект...
Прямая речь
24 НОЯБРЯ 2017
Сергей Цыпляев: Скорее всего, слова президента соответствовали тому месту, где они были сказаны, и общему настрою «всё для фронта, всё для победы», но практическая реализация тут не просматривается.
В СМИ
24 НОЯБРЯ 2017
Дождь: По словам Путина, способность экономики быстро увеличить объемы производимой военной продукции и услуг — это «одно из важнейших условий обеспечения военной безопасности» России. 
В блогах
24 НОЯБРЯ 2017
Сергей Николаевич: К чему бы это? Что это значит? Кто то напасть хочет и нужно готовиться к войне? Или предчувствует, что на этих выборах его народ хочет "кинуть"?
К самодержавию готовься!
20 НОЯБРЯ 2017 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Вопрос о том, будет ли главный начальник страны участвовать во всенародных выборах В.В. Путина, давно перестал быть вопросом. Сегодня он занимает исключительно пикейных жилетов, чьи «дискуссии» представляют собой вялую попытку искусственным образом оживить российский политический ландшафт. Между тем, по всему видно: главному начальнику до чертиков надоела вся эта декоративная демократия, вся эта имитация предвыборной борьбы, необходимость для чего-то писать программу, делать умное лицо и переживать традиционное возобновление чиновных потасовок под ковром. Не зря же появился программный текст Владислава Суркова о кризисе «лицемерного» либерализма. 
Прямая речь
20 НОЯБРЯ 2017
Леонид Гозман: Наше начальство, наконец, определилось с тем, какая Россия «правильная» и какое прошлое должно стать будущим.
В СМИ
20 НОЯБРЯ 2017
«Ведомости»: Не упомяни президент императора, можно было бы подумать, что он говорит о себе.
В блогах
20 НОЯБРЯ 2017
Рустем Адагамов: Кстати, цитату на памятник можно было настоящую поставить, а не выдуманную. «Конституция? Чтоб русский царь присягал каким-то скотам?» — так говорил царь Александр III.
Подарок из Африки
18 НОЯБРЯ 2017 // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
При демократии все лидеры уходят одинаково – их переизбирают. При автократии… тоже одинаково. Их свергают. Иногда мягко, как это происходит (пока) в Зимбабве. Иногда вполне зверски, как это случилось с Каддафи в Ливии. Чаще всего переворот осуществляет армия. Ведь, если в стране нет верховенства закона, обеспечивающего, кроме всего прочего, и регулярную смену власти, власть меняют те, у кого больше силы. А ее по определению больше всего у военных. Вот теперь наступила очередь автократа-патриарха 93-летнего Роберта Мугабе, превратившего за тридцать с лишним лет правления процветавшую страну в международную побирушку.
Всех нежелательных заставят Отечество любить
17 НОЯБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Первый замминистра культуры Владимир Аристархов, письмо которого с «черным списком» нежелательных деятелей культуры, запрещенных к участию в Международном Санкт-Петербургском культурном форуме, было опубликовано несколькими СМИ, совершенно напрасно стал отнекиваться от авторства. Он просто опередил свое время. Причем совсем немного. Совсем скоро такие черные списки нежелательных граждан войдут в обиход, а их составление станет рутинной практикой должностных лиц, заниматься которой они будут обязаны по закону. Бешеный принтер, когда у него случается припадок, остановиться не может.