Цензура
20 февраля 2018 г.
Военная цензура — шаг на пути от авторитаризма к тоталитаризму
15 МАРТА 2014, ИГОРЬ ЯКОВЕНКО

Мария Олендская / ЕЖ


Даты с 12 по 14 марта будут отмечены в будущих учебниках истории как дни, когда в России были фактически отменены 29-я статья Конституции, закон о СМИ и введена цензура. Поскольку основной причиной цензуры стали события на Украине и ввод на ее территорию российских войск, то есть вооруженная интервенция, то и цензура носит военный, или военно-патриотический, характер.

В период 2012-2013 годов зачистка информационного пространства с легкой руки Филиппа Дзядко получила название «гребаная цепь». Звеньями этой цепи стали увольнения руководителей «Ъ-Власти» Максима Ковальского и Вероники Куцылло, замена главреда «Ъ-ФМ» Константина Эггерта на пиарщицу Марию Комарову, кадровые чистки в целом ряде интернет-СМИ, в «Газете.ру», «Большом городе» и т.д.

Начало 2014 года и российская агрессия на Украине сопровождались фактическим закрытием телеканала «Дождь», который операторы отключали от зрителей, сменой генерального директора «Эха Москвы» и назначением на эту должность человека, последние 10 лет занятого госпропагандой. В том же ряду и переход в собственность московской мэрии крупнейшего еженедельника России, газеты «Аргументы и факты».

События минувшей недели поставили в этом процессе точку. Александр Мамут, владелец холдинга, в который входит крупнейшее интернет-СМИ России «Лента.ру», уволил главного редактора Галину Тимченко, назначив на ее место прокремлевского пиарщика Алексея Гореславского, и потребовал уволить Илью Азара, одного из ведущих журналистов издания. Сделано это было с грубейшим нарушением закона о СМИ, который прямо запрещает учредителю или владельцу вмешиваться в редакционную политику издания. Элегантность замены Тимченко на Гореславского можно сравнить с заменой, например, Алексея Венедиктова на Ульяну Скойбеду. Смена вектора и масштаба та же. Короче, фельдфебеля в Вольтеры и руки по швам.

На следующий день уволилась генеральный директор «Ленты.ру» Юлия Миндер, а 77 сотрудников издания подписали обращение к читателям, в котором назвали происходящее цензурой и также попрощались с ними. Большинство из них в тот же день написали заявление об уходе.

И, наконец, завершающий аккорд: Генеральная прокуратура обязала провайдеров прекратить доступ к сайтам «ЕЖ.ру», «Грани.ру», «Каспаров.ру» и блогу Навального.

Медийный пейзаж «До» и «После»

Что дает мне основания полагать, что именно события этих нескольких дней и есть тот рубеж, за которым наступает цензура? Ведь сохраняется целый ряд независимых СМИ, в первую очередь «Новая газета»,The New Times, несколько качественных интернет-СМИ, блогосфера, те же «Ведомости», Forbes. Но взгляд на структуру медийного поля современной России все ставит на свои места. Понятно, что по объемам аудитории соревноваться с телевизионными войсками Путина не может никто. Но кроме объемных показателей медийной массы есть еще показатели качества производимой информации, в том числе ее эксклюзивности, достоверности, значимости и, в конечном итоге, ее влияния. Размер влияния в какой-то степени отражают рейтинги цитируемости. Вот каковы эти рейтинги по данным компании «Медиалогия»:

Январь 2014.

Название  Рейтинг

Интернет:

Лента.ру – 7927,79

Газета.ру – 4281,31

Newsru.com – 1450.90

Телеканалы:

«Дождь» – 3535,37

Lifenews– 3112,42

«Россия-24» – 2611,97

Радио:

«Эхо Москвы» – 2958,40

Русская служба новостей – 1982,96

Радио «Свобода» - 1071,52

Убивают лидеров, наиболее влиятельных в своем сегменте. «Лента.ру» почти вдвое опережает по влиянию следующее за ней СМИ, «Эхо» в полтора раза влиятельнее своего ближайшего конкурента, РСН. Дождь, несмотря на не сопоставимые с другими телеканалами финансовые условия, в прошлом году был третьим по индексу цитирования, а в январе этого года стал первым. «Лента.ру» уже уничтожена, «Дождь» доживает последние недели, и шансов на его спасение немного. Персональное дело Алексея Венедиктова решилось в его пользу, он сохранил пост главного редактора, но сохранить прежнюю умеренно-компромиссную редакционную политику ему будет невероятно трудно, если учесть то давление, которому он будет неизбежно подвергаться со стороны нового генерального директора, которая только с этой целью и была к нему приставлена.

Путин, выстраивая авторитарную вертикаль нулевых, начал ее строительство с уничтожения главного негосударственного телеканала страны, НТВ. Авторитарный режим допускал существование небольших информационных ниш, которые позволяли думающим людям удовлетворять свои потребности в разнообразной информации. Инакомыслие не одобрялось, но и не преследовалось. Государство нулевых не лезло в душу и в постель к гражданам. Сегодня происходит сползание в тоталитаризм, трансформация авторитарного режима в тоталитарный, и государство уже начало заинтересованно и пристально заглядывать и в постели, и в души подданных.

Антигейская и религиозная истерия, патриотический и антизападнический угар, увольнения людей за тексты в социальных сетях, уголовное преследование за участие в мирных акциях — все это признаки данной трансформации. Антиукраинская истерия и ввод войск на территорию Украины, сопровождаемые нацистскими лозунгами защиты одной этнокультурной общности от другой, сделали эту трансформацию неизбежной, и введение военной цензуры — очевидное ее следствие. Происходит зачистка средних и малых информационных ниш.

«Вписанты» и «подписанты»: проблема языкового барьера

В последней «Медиафрении» я отмечал резкое сокращение диалоговых, полемических программ на федеральных телеканалах. Военная агрессия обнажила ценностный разрыв и сделала полемику бессмысленной, поскольку спорить можно с тем, кто говорит на одном с тобой языке, имеет хотя бы частично пересекающийся набор ценностей. В условиях относительно мягкого и сытого авторитаризма нулевых можно было равномерно распределяться на шкале лояльности к власти, занимать на этой шкале удобную нишу где-то посередине, вяло критиковать и власть, и оппозицию в терминах «с одной стороны вот так, но ведь и с другой-то стороны вот эдак». Сползание в тоталитаризм сорвало покров промежуточности, развело людей по полюсам.

Яркий пример — разговор нового главного редактора «Ленты.ру» Алексея Гореславского с коллективом редакции, стенограмма которого опубликована на интернет-ресурсе Slon. Это разговор людей с разных планет. Вот фрагменты:

Александр Поливанов, начальник отдела экономики:

— Зачем мы вам нужны — понятно. Мы вам приносим деньги. А теперь скажите, зачем вы нам нужны?

Гореславский:

— Хороший вопрос. Я не знаю. У меня нет пока для вас ответа.

Вопрос журналиста, который не представился:

— Что с Азаром (Ильей)? Вы готовы его оставить или нет?

Гореславский:

— Я готов поставить этот вопрос перед акционерами. Если Мамут сказал, что это было его твердое требование…

Андрей Козенко, специальный корреспондент:

— А почему акционер вообще должен в эту историю вмешиваться? У нас закон о СМИ для кого написан?

Иван Колпаков, начальник отдела новых медиа:

— Алексей, объясните, зачем вы к нам пришли?

Гореславский:

— Давайте настраиваться на конструктив.

Андрей Козенко::

— Я не понимаю, зачем главный редактор, если инвестор может управлять?

Журналист (не представился):

— Чем инвестору не угодила «Лента.ру»?

Гореславский:

— Он мне этого не говорил. Я спрошу при случае.

Конец цитаты.

У Гореславского с журналистами нет ни одной точки соприкосновения, ни одной общей ценности, ни единого имеющего одинаковый смысл слова. Его поставил хозяин, который платит. Над которым еще больший хозяин, который вообще все может. И он, Гореславский, искренне не понимает, при чем тут закон о СМИ, журналист Азар и прочие глупости.

Страна, начавшая движение в сторону тоталитаризма, неизбежно выстраивает барьеры между собой и соседями, ломает и рвет каналы коммуникации. На минувшей неделе под разговоры о славянском братстве была закрыта газета «Коммерсантъ-Украина», а в Крыму произошло массовое отключение украинских телеканалов, вместо которых были подключены российские.

Отдельно стоит отметить отчаянную попытку руководителей четырех ведущих украинских телеканалов обратиться к командующим телевизионных войск Путина с наивным призывом «быть объективными при освещении событий на Украине». В ответ украинские журналисты получили ошеломляющее по хамству письмо за подписью Эрнста, Добродеева и Кулистикова.

Свой ответ российские теленачальники решили начать с веселой шутки: «Нам трудно представить вас в виде пишущих запорожцев, а самих себя в роли турецкого султана». Уместность барского похохатывания гг. Эрнста, Добродеева и Кулистикова в полной мере можно оценить, если вспомнить, что письмо отправлялось в ответ на просьбу прекратить врать, а адресаты — это люди, в стране которых уже пролилась кровь, причем частично по вине той информационной войны, которую развязали авторы развеселого письма.

Далее, отвечая на призыв украинских коллег к объективности, руководители российских телеканалов тут же вернули этот призыв обратно, в свою очередь призвав украинских журналистов быть ответственнее и объективнее. При этом как-то упустив из виду, что классическая формула «сами такие» в данном случае не работает в силу асимметричности российско-украинского информационного пространства. Российские телеканалы на Украину вещают, а с украинскими СМИ россияне могут знакомиться только в интернете.

Но самое прелестное в этом письме — это концовка: «Друзья! Налаживайте ваш быт. Мы всегда с вами и поможем». Конец цитаты. Это манера уличных гопников, поигрывая у носа жертвы финкой, издевательски-вежливо спросить о здоровье детей-родителей и, отобрав кошелек, похлопать грязной ладонью по щеке и на прощанье предложить обращаться за помощью, мол, всегда поможем, заходи, пацан, звони, если что.

На этом грязноватом фоне ярким пятном выделялись журналисты «Ленты.Ру». Галине Тимченко удалось создать, возможно, лучший на сегодня журналистский коллектив в стране. И не только потому, что там были собраны такие звезды, как Андрей Козенко, Илья Азар или Владимир Цыбульский. Тимченко смогла создать атмосферу солидарности. Я не помню за последние 10 лет случая, чтобы весь журналистский коллектив в поддержку главного редактора пошел на коллективное увольнение, причем каждый из них отчетливо понимал, что это, возможно, уход в никуда. «Список Тимченко» стал хорошим противовесом «списку Мединского».

Сгустившаяся цензура побудила некоторых экспертов произносить разные слова. Глеб Павловский, например, упрекнул журналистов, что они за 20 лет так и не удосужились создать профсоюз.

Один из создателей «Ленты.ру» Антон Носик, сославшись на акт солидарности журналистов интернет-издания, возразил, что «профсоюз не является ни необходимым, ни достаточным условием, чтобы публично и гласно выразить несогласие с произволом. А отсутствие профсоюза не является для этого неустранимым препятствием». Носик, несомненно, прав, несогласие с произволом выразить можно и без профсоюза, а вот не допустить такого рода произвол без профсоюза сложнее.

Проблема в том, что люди, которые должны не только по совести, но и по долгу службы поддерживать журналистов, все чаще становятся на сторону их гонителей. Вот и в этот раз председатель Союза журналистов России Всеволод Богданов поддержал решение Роскомнадзора, который вынес предупреждение «Ленте.ру». То самое предупреждение, которое было вынесено за несколько часов до увольнения Тимченко. «Главное сейчас — найти нужную тональность и взаимопонимание между людьми и странами», — сказал Богданов в спину увольняемой Тимченко и стоя фактически над свежевырытой могилой лучшего СМИ России. Примерно такие же полезные советы председатель СЖР давал и «Дождю», когда его отключили от аудитории. Говорил, что «Дождь» своим опросом оскорбил его, Богданова, чувства и теперь журналисты «Дождя» должны заслужить прощение общества.

Ровно столько же толку журналистам и от руководства Московского союза журналистов, председатель которого Павел Гусев последнее время больше озабочен встраиванием своего издательского дома в новую систему координат, складывающуюся в системе власти, чем защитой журналистов.

Очевидно, что языковой барьер между Гусевым и Богдановым с одной стороны и журналистами «Ленты.ру» и «Дождя» с другой, не могут быть преодолены в силу принципиальных различий места, которое эти люди занимают в медийном поле, да и ценностные различия слишком значительны. Значит, журналистам независимых СМИ надо объединяться на какой-то иной основе. Это объединение может стать одним из многих препятствий на пути сползания страны в тоталитарную пропасть.



Коллаж ЕЖ














  • Алексей Макаркин: Это — реакция на открытость и невозможность построить полноценный «железный занавес». Но можно попробовать создать какое-то подобие.

  • РБК: Как сообщил спикер парламента Чечни Магомед Даудов, в ближайшее время принятый документ будет направлен в Государственную думу. 

  • Екатерина Вайс: Речь об уголовном наказании. И понятно, кто именно будет определять, что ложь (то бишь миф), что правда.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Искоренение исторических ересей
16 ФЕВРАЛЯ 2018 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В Государственной думе ждут внесения закона, предложенного Рамзаном Кадыровым и единогласно принятого 13.02.18 парламентом Чечни. Закон предусматривает уголовное наказание лиц, намеренно искажающих правду о Великой Отечественной войне. По этому законопроекту уголовная ответственность вводится «за совершение действий, оскорбляющих чувства ветеранов и память погибших в Великой Отечественной войне, искажающих историю ВОВ и отрицающих решающий вклад СССР и его многонационального народа в победу во Второй мировой войне».
Прямая речь
16 ФЕВРАЛЯ 2018
Алексей Макаркин: Это — реакция на открытость и невозможность построить полноценный «железный занавес». Но можно попробовать создать какое-то подобие.
В СМИ
16 ФЕВРАЛЯ 2018
РБК: Как сообщил спикер парламента Чечни Магомед Даудов, в ближайшее время принятый документ будет направлен в Государственную думу. 
В блогах
16 ФЕВРАЛЯ 2018
Екатерина Вайс: Речь об уголовном наказании. И понятно, кто именно будет определять, что ложь (то бишь миф), что правда.
Срамное слово
26 ЯНВАРЯ 2018 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Когда депутат Драпеко, выступая в Госдуме, говорила о необходимости создать в России Совет по нравственности, который будет определять, что такое хорошо, а что плохо и что нам можно показывать, а что нельзя, — это выглядело довольно уныло, немного смешно и невероятно стыдно. Потому что слово «нравственность», примененное к путинской России, выглядит глумлением. Это как говорить о гуманизме Сталина, память которого так дорога депутату Драпеко, или Гитлера, которого путинская власть почему-то считает хуже Сталина, хотя путинский режим больше похож на фашизм, чем на сталинизм. Это как писать антисемитскую гадость на Стене плача в Иерусалиме.
Прямая речь
26 ЯНВАРЯ 2018
Анатолий Голубовский: Государство вроде как хочет контролировать ситуацию, но не может. Страна в институциональном хаосе, её практически нет.
В СМИ
26 ЯНВАРЯ 2018
РИА Новости: "Справедливая Россия" предлагает подумать над созданием в РФ Совета по нравственности, который бы решал экспертным путем, должен ли тот или иной фильм быть показан на территории страны...
В блогах
26 ЯНВАРЯ 2018
Яап Эггермонт: Совет по нравственности, значит. Ну что ж. Тем приятней русским людям будет всем этим депутатам потом эту нравственность в жопу засовывать.
Минкульт решил отменить «Смерть Сталина»
24 ЯНВАРЯ 2018 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Завтра, 25.01.18, в России должна была состояться премьера англо-французской комедии «Смерть Сталина» режиссера Армандо Ианнуччи. Премьеры не будет, поскольку Минкульт отозвал прокатное удостоверение по просьбам общественности. Тут важно раскрыть вот этот псевдоним — «общественность». Можно с высокой долей уверенности утверждать, что в состав «общественности» никогда не войдет ни один читатель этого текста, а также люди типа писателей Войновича, Улицкой, Шендеровича или режиссеры типа Мирзоева, Серебренникова, Учителя. «Общественность» — это член Общественного совета Минкульта Павел Пожигайло, который еще в сентябре 2017-го начал присматриваться и принюхиваться к сомнительному изделию, изготовленному в странах НАТО, и обнаружил там массу провокаций.
Прямая речь
24 ЯНВАРЯ 2018
Алена Солнцева: Для того чтобы провести цензуру в жизнь окончательно, нужны некие законные основания. Пока их находят с натяжкой...