Медиафрения
19 ноября 2017 г.
Медиафрения. Генераторы недоверия
29 ИЮЛЯ 2014, ИГОРЬ ЯКОВЕНКО

ИТАР-ТАССГлавной жертвой информационной войны вокруг событий в Украине стало доверие. Картины мира разошлись так далеко, что партия российских телезрителей уже просто физиологически не может разглядеть человека в читателе «Нью-Йорк Таймс», зрителеCNNили читателе украинской газеты «День».

Социологи Фрэнсис Фукуяма и Петр Штомпка разделяли страны с преобладанием культуры доверия, в которых вам будут априорно доверять до тех пор, пока вы не докажете, что этого делать не следует. И страны с преобладанием культуры недоверия, где человек изначально считается негодяем и должен очень постараться, чтобы ему поверили. В России за 74 года советской власти сформировалась культура недоверия, основанная на зоновском принципе «не верь-не бойся-не проси». Особенностью современной российской культуры тотального недоверия, сформированной российским же телевизором, стало то, что доказать невозможно ничего и никому. Люди, верующие в то, что «Боинг» был сбит Порошенко по приказу Обамы, не верят и не поверят никогда и никаким доказательствам, если они доказывают что-то иное.

Полагаю, что российский телевизор смог сформировать уникальное общество тотального недоверия. Этому поспособствовало то, что во главе страны стоит чекист, главной профессиональной доблестью которого является умение вызвать к себе доверие, зачастую путем обмана и фальсификации, а затем использовать это доверие в своих оперативных целях. Аксиологическим фундаментом этой профессии является ценностный и моральный релятивизм, который Путин многократно обнаруживал публично, заявляя, что у всех народов и стран своя правда и свои ценности. Народ эти нехитрые максимы с удовольствием проглотил.

Одним из столпов института доверия является «отраженная честность», при которой вы проецируете свои ценности на партнера, и поэтому его поведение становится для вас предсказуемым, внушающим доверие. Важно, чтобы ценности были общие. Главным вектором российской информационной политики в последнее десятилетие стала борьба с однополярным миром, под флагом которой утверждается принципиальное различие ценностных основ России и западного мира. Недавно, по случаю торжеств в честь 700-летия Сергия Радонежского, патриарх Кирилл сообщил свое видение этих ценностных различий. Главное в нашей цивилизации — это «Святая Русь», которая, по мнению господина Гундяева, «остается неизменным духовным и нравственным идеалом нашего народа. И выражением этого идеала, его доминантой является святость. Обычно у народов другие идеалы, связанные с земной жизнью, — богатство, власть, почет. Однако идеалом нашего народа была святость. И она же была общенациональной идеей». Конец цитаты.

Оставлю для отдельного анализа вопрос о том, насколько соответствует реальности утверждение, что «другие народы» стремятся к богатству, власти и почету, а наш исключительно к святости. Мне это кажется как минимум неочевидным. Но в данной момент важнее другое. Выстраивание непреодолимого ценностного барьера между Россией и Западом влечет принципиальную невозможность понять партнера, а следовательно, принципиальную невозможность доверия.

Российское информационное пространство день ото дня становится все более однородным, принцип «чужие здесь не ходят» применяется все более жестко. Если допускается «чужой», то исключительно в тех своих проявлениях, в которых он полностью совпадает с генеральной линией. Пример: интервью писателя и по совместительству нацбола Захара Прилепина, опубликованное РИА «Новости».

«Я русский человек, я исхожу из интересов своего народа. Был бы я украинец, вполне возможно, я рассуждал бы полностью противоположным образом. Никаких «общечеловеческих ценностей» нет: в случае Украины-2014 это было доказано как дважды два».

Далее Прилепин с придыханием предъявляет публике свой эталон русского человека: «Стрелков—один из людей, которые оправдывают существование русского этноса вXXIвеке. Чтобы говорить о Стрелкове, надо, знаете, иметь на это весомое право».

И напоследок, непосредственно в тему данной колонки, об укреплении доверия между народами, ноу-хау от Прилепина: «Если Россию уже изобразили в качестве маньяка — ну так что теперь делать? Надо взять эту мотыгу или что там, грабли, подойти к кромке Европы и сказать:''Ну да, я маньяк. Еще вопросы есть?''Россия должна быть плохой ровно настолько, насколько ее такой изображают. Нельзя обманывать цивилизованных людей в их ожиданиях». Конец цитаты.

Внешнее пищеварение: российские СМИ переваривают Украину

Есть люди, у которых личная жизнь не сложилась, и они живут жизнью своих друзей. Всем знакомый типаж «подруги-советчицы», которая за неимением своей жизни и неумением ее наладить активно участвует в разрушении чужой жизни. Мне такие персонажи всегда напоминали пауков с их удивительной конструкцией внешнего пищеварения. В хрущевские и брежневские времена описание событий внутри страны было сплошной жвачкой из посевных и пленумов, а вот за околицей страны была настоящая бурная жизнь: забастовки, цунами, военные перевороты и прочая интригующая драматургия. Журналисты международники, такие как Бовин и Овчинников, были элитой профессии. В конце 80-х и в 90-е мода поменялась, международники ушли в тень, вытесненные теми, кто освещал, да что там освещал — конструировал на наших глазах внутреннюю жизнь страны. Взошли звезды Невзорова, Любимова, Листьева, Политковского, Мукусева, Митковой, Сорокиной. И конечно, аналитическая звезда Евгения Киселева и сатирическая звезда Шендеровича.

Сегодня медийная модель во многом вернулась к брежневским стандартам. Реальные события внутренней жизни, такие как приговор Удальцову и Развозжаеву, попытки посадить одного из немногих настоящих народных мэров Ройзмана, тотальный недопуск на любые выборы оппозиции, — все эти события не попадают в новости федеральных каналов и не становятся предметом обсуждения главных ток-шоу и ведущих итоговых программ. Медиа вновь, как и полвека назад, включили модель внешнего паучьего пищеварения.

Российские государственные СМИ (а других у нас почти нет) вот уже полгода с аппетитом переваривают Украину, которая предпринимает отчаянные усилия вырваться из липких сетей мохнатого соседа и прекратить поступление ядовитой телевизионной отравы, которая за два десятилетия успела разъесть мозги некоторой части народа Украины.

На минувшей неделе «Россия 1» очень старалась в отсутствие Дмитрия Киселева удержать градус антиукраинской истерики. Прямо скажем, из Андрея Кондрашева замена Киселеву просто никакая. Да он и сам это понимает, поэтому и название передачи было не звучное: не «Вести недели», а скромное «Вести», с робким уточнением: «Большой воскресный выпуск с некоторыми итогами недели». То есть «итоги недели» может подводить только Киселев, а всякие там кондрашевы могут дерзнуть лишь на «некоторые итоги». Вот такие узнаваемые, ностальгически родные совковые мелочи больше говорят о внутреннем климате компании, чем громоздкие исследования.

Нет, все казалось бы было в программе Кондрашова на уровне. И видеоряд из одних и тех же трупов, которые уже вторую неделю канал смакует из программы в программу. И взрывы, и дым во весь экран. И девушка из ДНР, на вид лет 18-ти, которая лично видела на высоте 10 км два самолета, летящих один за другим, в одном из них девчушка признала малазийский «Боинг-777», а во втором распознала украинский военный самолет СУ-25. Нет никаких сомнений, что, если бы журналист ВГТРК с этой глазастой еще пару минут поговорил, она бы смогла нарисовать фоторобот американской летчицы-негритянки, управляющей украинской сушкой.

Так что все внешние компоненты у Кондрашева были не хуже, чем у Киселева. Но продукт получился невыразительный, пресный. Ну не умеет Кондрашев так грациозно поворачиваться в профиль и выгибать спину, произнося добивающую врага фразу, которая буквально пробивает экран. Ну, вы помните про «радиоактивный пепел». Кондрашев на такое не способен. И даже привлечение в программу Кондрашева Аркадия Мамонтова со своим репортажем делу не помогло. Мамонтову как человеку творческому нужен размах, простор. В «Вестях» он смотрелся неубедительно. В целом воскресные «Вести» без Киселева оставили впечатление довольно унылое.

Вся надежда была на Владимира Соловьева и его «Воскресный вечер». И он не подвел. Несмотря на то, что содержание и действующие лица всех «Воскресных вечеров», которыми травили народ в последние несколько месяцев, были практически одинаковыми, недюжинный талант конферанса, которым обладает Соловьев, и способность к импровизации у некоторых его постоянных гостей позволяли создавать у невзыскательной публики иллюзию новизны.

В этой передаче у Соловьева было несколько частных пропагандистских задач. Задача первая: не допустить прямой критики Путина со стороны тех оголтелых певцов «Русской весны», которым недостаточно того, что российская артиллерия обстреливает украинские войска с российской территории и которые мечтают о полномасштабной войне. Эту проблему Соловьев решил просто. Он в этот раз не пригласил в студию никого из вождей Новороссии, которые обычно канючили, что, мол, вот Россия не понимает, что война идет с ней и украинские танки скоро будут под Москвой.

Из украинских политиков были только депутаты Верховной рады Николай Левченко и Елена Бондаренко, которые, видимо, пока не приняли окончательного решения о переезде в Россию и поэтому не требуют ввода войск. Присутствие Левченко помогало Соловьеву решать еще одну тактическую задачу, а именно: создавать иллюзию дискуссии, поскольку уже некоторое время даже абсолютно ручного западника Николая Злобина на передачу не зовут, не говоря уж о всяких гозманах и хакамадах.

На фоне тотального крымнашевского имперского единомыслия в студии Николай Левченко смотрелся фрондером, когда заявил, что его пугает Новороссия, в которой ему видится синдром ящерицы. Левченко, видимо, имел в виду, что Украина может отбросить Новороссию, как ящерица избавляется от попавшего в зубы врага хвоста, спасая все остальное. При этой аналогии студия недовольно загудела, но Левченко вернул симпатии патриотов «русского мира», заявив, что ему как русскому человеку жалко отдавать бандеровцам Киев, где была принята «Русская правда» и находится Киево-Печерская лавра и прочие духовные скрепы «русского мира».

За это Левченке простили не только еретическое в данной студии стремление сохранить единство Украины, но и совершенно уж дикое утверждение, что он, Левченко, хоть и понимает, что Украина сама виновата в потере Крыма, но, будучи украинским политиком, сожалеет об этой потере.

Даже лидер парламентской фракции Ж. против обыкновения не наорал на Левченко, а лишь по-отечески пожурил его за наивность и с непривычной для себя мягкостью посоветовал украинскому политику: «Забудьте слово''переговоры'', забудьте слово''мир''. Война! Идет война!».

Соловьев, который последнее время позволяет себе немного подтрунивать над Ж., не утерпел и на этот раз, задав вопрос, готова ли ЛДПР признать Новороссию, а также ДНР и ЛНР. Если Соловьев надеялся застать Ж. врасплох, то он ошибся, поскольку испытанный ветеран мгновенно ответил: «Да! Всегда готовы!» Тут Миронов, партия которого давно уже признала все новообразования на территории Украины, ревностно заявил, что Россия тоже должна все это признать.

Одним из главных бенефициаров «Воскресного вечера» был Зюганов, которого, во-первых, Украина привлекла к суду за оказание помощи террористам, а во-вторых, он в студии был душеприказчиком убиенной накануне парламентской фракции Компартии Украины. По этому случаю Зюганову давали слово чаще, чем обычно, а поскольку запас слов у него в разы меньше, чем у того же Ж., он несколько раз говорил одно и то же, а именно: что на Украине фашистский режим и что фашизм несовместим с коммунизмом, поэтому Европа должна подняться на защиту поруганной чести КПУ.

Эту тему немедленно поддержал депутат и глава фонда «Русский мир» Вячеслав Никонов, который также заявил, что фашизм несовместим с коммунизмом (я при этом никак не мог отделаться от дурацкого словосочетания «внук Риббентропа-Молотова»), и напомнил, что фашизм — это европейская ценность, и поэтому, когда нас учат европейским ценностям, надо различать, каким именно ценностям следует учиться. При этих словах Зюганов не утерпел и громко обличил: «Фашизм — европейское изобретение!» Жаль, что в студии не нашлось никого, кто спросил бы главного российского коммуниста, какой континент является родиной его идеологии, а также кто задал бы Никонову вопрос, видит ли он разницу между такими, например, ценностями, как свобода и семья, и болезнями общества, как фашизм.

Разжигая войну с Украиной, Соловьев мастерски сохранял мир во вверенной ему студии и при этом умело оберегал коммерческие интересы родного телеканала. Например, когда писатель Юрий Поляков возмутился по поводу отсутствия консолидированной реакции России на объявление персонами нон-грата Кобзона, Газманова и Валерии и риторически спросил, кто мешает нам не транслировать «Новую волну», Соловьев если и смутился, то не более чем на долю секунды. Поскольку трансляцию «Новой волны» ведет как раз «Россия 1», в студии которой и собираются все участники «Воскресного вечера», ответ Соловьева прозвучал для всех убедительно: «Мы же делаем это (транслируем «Новую волну») не для министра иностранных дел Латвии, а для людей». Тем самым ведущий не только показал свой гуманизм, но и наказал латвийского министра, выведя его за пределы рода человеческого.

Как обычно, заключать вечер Соловьев попросил Карена Шахназарова, который должен был сказать что-то весомое, мудрое и практически вечное. И он сказал. Что западная цивилизация на пике своего могущества, военного, пропагандистского, экономического. Что Запад впервые в истории объединился. И тут у меня возник разрыв понимания. Возможно, на всю аудиторию «Воскресного вечера» у меня одного. Время уже заполночь с воскресенья на понедельник. Людям завтра, а практически уже сегодня, на работу. Поэтому смотрят-слушают как привычную мелодию. Голос знакомый, мужик знакомый, правильный, всегда говорит правильные вещи: «Украина – фашизм», «Запад – война», «Путин – победа», «бур-бур-бур», «тыр-тыр-тыр». Все правильно. Для всех. Но я-то в отличие от всех конспектирую. Мне-то колонку в «ЕЖ» писать! Поэтому (и только поэтому!) посмотрел то, что этот правильный и мудрый Шахназаров сказал минут за пятнадцать до того, как приступить к заключительному слову про пик могущества Запада. Так вот, за 15 минут до этого тот же самый Шахназаров тем же самым голосом заявил, что «западный мир рушится».

Я не исключаю, что у Шахназарова в организм встроен механизм поминутного мониторинга западного мира, и поэтому он смог отследить, как за 15 минут Запад рухнул, вновь воспрял, смог объединиться и оказаться на пике своего могущества. Есть, правда, и другое, менее возвышенное объяснение этому и многим другим телевизионным пассажам. Все до единого политики, эксперты, журналисты, которые проходят фильтр федеральных телеканалов, точно знают, что при соблюдении определенных табу они могут нести любую ахинею, любой вздор, нарушать законы логики, противоречить сами себе. Что они и делают последние 15 лет. При этом последовательно и целенаправленно уничтожается институт репутации и другие институты культуры доверия, той главной скрепы, того главного социального клея, без которого общество превращается в дикую толпу.

Фото ИТАР-ТАСС/ Михаил Метцель













  • Николай Сванидзе: Есть темы и вопросы, которые нельзя вбрасывать в публичное пространство. Нельзя, например, проводить программу на телевидении на тему «Можно ли бить женщин?».

  • Апостроф: "Эхо Москвы"... разгневало украинских пользователей социальных сетей проведением соцопроса относительно необходимости нападения России на Украину...

  • Павел Гинтов: Предлагаю радиостанции "Эхо Москвы" новые увлекательные темы для опросов: "Стоит ли устроить украинцам второй голодомор?" "Стоит ли создать лагеря смерти для украинцев?"

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Медиафрения. Страшная месть Украины
14 НОЯБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Дмитрий Муратов уходит с поста главного редактора «Новой газеты». Свое решение он объяснил в интервью ТАСС тем, что «власть должна меняться и избираться, а я 22 года редактор». Выборы главного редактора «Новой газеты» состоятся 17.11.2017, и в них, по словам Дмитрия Муратова, участвуют трое: один из основателей газеты Сергей Кожеуров, редактор отдела политики Кирилл Мартынов и шеф-редактор газеты Алексей Полухин. Свою кандидатуру Дмитрий Муратов просил не выдвигать.
Медиафрения. Война как оздоровительная процедура
7 НОЯБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Путин врет, как дышит. Это во многом – последствия профессиональной деформации. Когда путинское вранье фиксируют и разоблачают оппозиционные политики и публицисты – это одно. Можно усомниться, списать на предвзятое отношение. Но когда путинское вранье опровергает человек, постоянно подчеркивающий свое уважительное отношение к президенту, это совсем другое дело. Это означает, что Путин своим беспрерывным враньем уже достал даже самых лояльных своих подданных.
Медиафрения. Умученные от «Эха»
31 ОКТЯБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
На минувшей неделе Алексей Венедиктов эвакуировал Ксению Ларину за границу. Это хорошая новость. Есть надежда, что руководство «Эха» предпримет меры по повышению безопасности редакционного офиса, хотя бы до уровня безопасности средней школы. Это важно, поскольку государство в лице президента Путина уже заявило, что никаких проблем со свободой слова у нас нет, а что касается покушения на убийство Татьяны Фельгенгауэр, так это же псих, который к тому же приехал из Израиля – что ж с него взять.
Медиафрения. Материализация ненависти
24 ОКТЯБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Два дня подряд, 11 и 12 октября 2017 года, на государственном телеканале «Россия 24» выходили сюжеты под названием «Эхо Госдепа» и «Эхо Госдепа-2», в которых рассказывалось, как журналисты радиостанции «Эхо Москвы» проводят антигосударственную кампанию за зарубежные деньги. Назывались фамилии Татьяны Фельгенгауэр и Александра Плющева. Через 11 дней, 23 октября, в редакцию «Эха» пришел человек и ударил Татьяну Фельгенгауэр ножом в горло.
Медиафрения. Ложь-ТВ, Зомби-ТВ, Хам-ТВ, Гоп-ТВ… Что дальше?
17 ОКТЯБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В программе «Время покажет» на Первом канале 12.10.2017 обсуждали то, как американцы снимают российские флаги со зданий, откуда ранее были выселены российские дипломаты. Артем Шейнин вел программу, кипя от возмущения. И когда гость, американский журналист Майкл Бом, попытался прокомментировать ситуацию, Шейнин сначала заорал: «Вот ты меня сейчас лучше не беси! А то я тоже с тебя какой-нибудь флаг сниму и повешу за галстук!». «Я тебе в начале программы сказал – сиди! Вот и сиди!» — продолжил воспитание американца Шейнин. Американец попался непонятливый и любознательный. «А то что?» — с улыбкой поинтересовался Бом. Тут Шейнин с криком: «Ты меня провоцируешь!», — подскочил к Бому, отвесил ему легкий подзатыльник и, обхватив американца за шею, принялся угрожающе кричать ему в лицо.
Медиафрения. Шоу-культ Владимира Путина
10 ОКТЯБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Когда лжет путинский телевизор, это воспринимается как должное. Путинский телевизор должен лгать, это его нормальное состояние. Когда лгут путинские чиновники, МИД, думцы, сенаторы, это воспринимается как должное. Путинские чиновники должны лгать, это их нормальное состояние. У них есть репутация, которой они соответствуют. И те, кто уважает обитателей путинского телевизора и путинских чиновников, зачастую уважают их, в том числе, за то, что они так ловко и умело лгут. Так в криминальной среде не стыдятся, а уважают за ловкую карманную кражу или успешный грабеж.
Медиафрения. Гигантский талант Владимира Соловьева и культура коммунальной кухни
3 ОКТЯБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Так бывает, что какой-то один человек становится символом большого социального явления. Символом ненасильственного сопротивления стал Махатма Ганди. Символом нацистской пропаганды – Юлиус Штрейхер. Не случайно он единственный из всего цеха был повешен по приговору Нюрнбергского трибунала. Символом того, что царит сегодня в российском телевизоре, является Владимир Соловьев. Именно в нем в концентрированном виде воплотилось все то худшее, что вот уже скоро два десятилетие выливается на головы россиян. Кроме того, Владимира Соловьева стало просто очень много.
Медиафрения. История одного предательства профессии
26 СЕНТЯБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Алексей Навальный продолжает ездить по стране в рамках своей предвыборной кампании. У этих поездок есть важный побочный эффект. Местные СМИ проходят тест на соответствие профессии. Можно как угодно относиться к Навальному – я, например, отношусь весьма критически – но невозможно не признать политиком федерального уровня человека, способного одновременно вывести на улицы десятки тысяч людей в нескольких десятках городов страны. Местное медиа, которое игнорирует приезд и публичное выступление оппозиционера такого масштаба в свой город может считаться профессиональным лишь в том случае, если это газета рекламных объявлений или журнал для пчеловодов.
Медиафрения. Соловьиный помет
19 СЕНТЯБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Во время шоу «Вечерний Ургант», которое идет на Первом канале, бывшая телеведущая Ирена Понарошку предложила Ивану Урганту попробовать новое косметическое средство. «Маска приятно пахнет», — заметил Ургант, размазывая по щекам белую субстанцию. «Это — из соловьиного помета», — пояснила Ирена Понарошку. «Это хорошее название для программы на канале «Россия 1», — меланхолично заметил Ургант. Это было 9.09.17. Владимир Соловьев двое суток копил обиду и выплеснул ее 11.09.17 в программе «Вечер», когда обсуждали Украину и Саакашвили.
Медиафрения. Акт цинизма и подлости
12 СЕНТЯБРЯ 2017 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Актриса Дженнифер Лоуренс отказалась общаться с представителями российских СМИ. Это произошло в Лондоне во время пресс-конференции, посвященной выходу нового фильма «Мама!», в котором актриса играет главную роль. Представители студии «Парамаунт Пикчерз» попросили сотрудников путинских информационных войск покинуть здание, а на вопрос, отчего такая немилость, дали понять, что это связано с политикой.  Это хорошая новость, поскольку чем чаще путинской информационной обслуге в разных уголках планеты и на разных площадках будут популярно объяснять, кто они такие, причем делать это с максимальной ясностью и публичностью, тем лучше и для России, и для всего остального мира.