Цензура
19 февраля 2018 г.
«Эхо» будут ломать через колено
6 НОЯБРЯ 2014, ИГОРЬ ЯКОВЕНКО

ТАСС

Увольнение журналиста «Эха Москвы» Александра Плющева знаменует новый этап во взаимоотношениях власти и СМИ. До этого было почти все: НТВ убили под чинные разговоры о споре коммерческих субъектов и глубоких противоречиях между свободой СМИ и правами собственности. «Дождь» душат телефонным правом, отключая от операторов и изгоняя из помещения. Ну да, «ЕЖ», «Грани» и «Каспаров.Ру» заблокировали без объяснения причин, но там был хоть крошечный фиговый листок закончика, которым пытались прикрыть срам произвола. Да, листок был мал, получился в итоге стриптиз, но Роскомнадзор и Генпрокуратура хотя бы пытались прикрыться.

С Плющевым никто и не пытался прикрываться даже видимостью закона и приличий. Сначала некая дама, Екатерина Павлова, которую полгода назад назначили гендиректором «Эха» и скоро, говорят, заберут на повышение, — вот эта дама вызвала Александра Плющева, который свыше 20 лет работает на «Эхе» ведущим, лауреат премии Попова в области радиовещания и еще кучи всяких премий в разных областях журналистики. Так вот эта дама, Екатерина Павлова объявила Плющеву, что он уволен. Вот прямо с того момента, как произнесены слова «Вы уволены».

Устав редакции «Эха Москвы» не оставляет ни малейшей возможности трактовать это событие иначе как беззаконие. Уволить журналиста «Эха» можно только по представлению главного редактора. Венедиктов такого представления не подавал и с увольнением Плющева не согласен, о чем мгновенно и очень публично заявил. Тут же последовала реакция главного «смотрящего», то есть главного инициатора увольнения журналиста Михаила Лесина, который заявил, что если Венедиктов не уволит Плющева, то это сделает он, Лесин. И добавил, что если Венедиктов не согласится убрать Плющева, то дело может кончиться отставкой самого Венедиктова. Дальше последовала дивная фраза. На вопрос журналиста, по какой статье Трудового кодекса будут увольнять Венедиктова, Лесин объяснил, что «это юристы разберутся».

Лесин, конечно, не читал Конституцию РФ и закон «О СМИ», где говорится, что «учредитель не вправе вмешиваться в деятельность СМИ» (ст. 18), что «редакция осуществляет свою деятельность на основе профессиональной самостоятельности» (ст. 19) и много всякого другого о правах и обязанностях журналиста. Лесин никогда не жил в мире права. Ни тогда, когда был непосредственным участником уничтожения НТВ, ни в других многочисленных эпизодах своей буйной биографии. Он ведь из породы тех государственных бизнесменов, которые привыкли душить конкурентов административными методами и всегда готовы применить запрещенный силовой прием, сломать несговорчивого партнера через колено. За излишнюю активность в ведении бизнеса под прикрытием госслужбы Лесин и был уволен в 2009 году. Сейчас его время. Время государственного беспредела в СМИ.

Звезды над «Эхом» сошлись так, что в ликвидации этой радиостанции заинтересованы 9 из 10 участников политического процесса и 99% тех, кто называет себя журналистами и работает в государственных и аффилированных с государством СМИ. «Эхо» — единственное СМИ, где массовый слушатель и читатель может встретить точку зрения, отличающуюся от той, что безальтернативно царит на всех федеральных каналах и во всех массовых СМИ.

«Эхо» в отличие от десятка других СМИ, исповедующих принцип редакционной независимости, является довольно заметным игроком на российском медиаполе и, несомненно, самым влиятельным радио в России, если ориентироваться на совокупность показателей, таких как индекс цитируемости, среднее время продолжительности радиослушания и т.д. О том, что надо срочно очистить от этой измены российский эфир, постоянно говорят Соловьев, Киселев, а также многочисленные депутаты Госдумы и медиатизированные «эксперты». И вот счастливый для них миг настал. «Эхо» и лично Венедиктов подставились и загнали себя в ловушку.

К Александру Плющеву две претензии. Во-первых, он вел тот «запрещенный» эфир о ситуации в Донецком аэропорту, за который «Эхо» получило предупреждение. И во-вторых, запись в твиттере. Я, естественно, читал стенограмму «запрещенного» эфира, в котором, по мнению Роскомнадзора, было «оправдание военных преступлений». Несомненно, Роскомнадзор прав, заставив «Эхо» убрать этот эфир и его стенограмму с сайта. Потому что журналисты, побывавшие в аэропорту, увидели там людей, а не фашистов. Нормальных людей, говорящих исключительно на русском языке, но защищающих свою родину, Украину. Если защищать Украину — это военное преступление, то гости «Эха» это преступление оправдывали, а Плющев их ни разу не призвал к порядку. И никто, в том числе и Плющев, в тот момент ни разу не предложил взять Киев и повесить Порошенко с Яценюком, как это обычно делают на федеральных телеканалах. Так что Плющев еще легко отделался.

Второй проступок Плющева, скорее всего, был еще тяжелее первого. Он спросил в своем твиттере, считают ли его подписчики гибель сына Иванова, сбившего старушку и засудившего ее зятя, доказательством существования бога/высшей справедливости. Бдительный муниципальный депутат Максим Кац немедленно обратился к Венедиктову за разъяснением, особенно Каца интересовали последствия. Теперь депутату Кацу, наверное, полегчало. Любопытно, вот тогда, после трагедии 20 мая 2005 года, когда сын Сергея Иванова, в то время министра обороны, а сейчас главы Администрации президента, сбил насмерть пожилую женщину на пешеходном переходе, а потом его отец мобилизовал все ресурсы родного министерства и других силовых ведомств, чтобы отмазать кровиночку и осудить невиновного, — вот тогда обостренное нравственное чувство депутата Каца также было задето и он так же активно добивался справедливости? Что же касается Михаила Лесина, который объяснил, что увольнение Плющева «связано с моралью», то в устах Михаила Юрьевича слово «мораль» звучит настолько гротескно, что хочется это просто зафиксировать и обойтись без комментариев.

Что же касается «аморальности» вопроса, который Плющев в своем блоге (то есть в своем личном дневнике, а не при выполнении журналистской работы на «Эхе») задал своим подписчикам, то сам журналист практически сразу эту запись убрал и извинился, а во-вторых, здесь явно прослеживается параллель с тем опросом журналистов «Дождя» о блокаде Ленинграда, который послужил поводом для удушения телеканала. Да, тот опрос был довольно «кривой», впрочем, как и 99% всех иных опросов, которые проводят СМИ в прямом эфире. Можно порассуждать и о допустимости выражения некоторой удовлетворенности от смерти человека, который, убив девять лет назад пожилую женщину, подло и трусливо прикрылся отцовским ресурсом для ухода от ответственности. Наверное, Плющев поступил не как добрый христианин. И добрые христиане могли бы его осудить. Но только в другой стране. Не в той, где о праве вспоминают тогда, когда надо отжать бизнес или наказать инакомыслящего. Не в той, где 99% федеральных СМИ совершают преступления ежедневно, семь дней в неделю, разжигая и организуя войну своей страны против соседнего государства. «Эхо Москвы» решили сломать через колено. У них на 100 процентов это получится, если остатки того, что в России называется журналистикой и вообще все живое в стране не встанет на защиту одного из немногих явлений, которое задерживает нас в стремительном движении в сторону КНДР. Есть основание полагать, что «Эхо» — в числе таких явлений.



Фото Анатолия Струнина / ТАСС















  • Алексей Макаркин: Это — реакция на открытость и невозможность построить полноценный «железный занавес». Но можно попробовать создать какое-то подобие.

  • РБК: Как сообщил спикер парламента Чечни Магомед Даудов, в ближайшее время принятый документ будет направлен в Государственную думу. 

  • Екатерина Вайс: Речь об уголовном наказании. И понятно, кто именно будет определять, что ложь (то бишь миф), что правда.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Искоренение исторических ересей
16 ФЕВРАЛЯ 2018 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
В Государственной думе ждут внесения закона, предложенного Рамзаном Кадыровым и единогласно принятого 13.02.18 парламентом Чечни. Закон предусматривает уголовное наказание лиц, намеренно искажающих правду о Великой Отечественной войне. По этому законопроекту уголовная ответственность вводится «за совершение действий, оскорбляющих чувства ветеранов и память погибших в Великой Отечественной войне, искажающих историю ВОВ и отрицающих решающий вклад СССР и его многонационального народа в победу во Второй мировой войне».
Прямая речь
16 ФЕВРАЛЯ 2018
Алексей Макаркин: Это — реакция на открытость и невозможность построить полноценный «железный занавес». Но можно попробовать создать какое-то подобие.
В СМИ
16 ФЕВРАЛЯ 2018
РБК: Как сообщил спикер парламента Чечни Магомед Даудов, в ближайшее время принятый документ будет направлен в Государственную думу. 
В блогах
16 ФЕВРАЛЯ 2018
Екатерина Вайс: Речь об уголовном наказании. И понятно, кто именно будет определять, что ложь (то бишь миф), что правда.
Срамное слово
26 ЯНВАРЯ 2018 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Когда депутат Драпеко, выступая в Госдуме, говорила о необходимости создать в России Совет по нравственности, который будет определять, что такое хорошо, а что плохо и что нам можно показывать, а что нельзя, — это выглядело довольно уныло, немного смешно и невероятно стыдно. Потому что слово «нравственность», примененное к путинской России, выглядит глумлением. Это как говорить о гуманизме Сталина, память которого так дорога депутату Драпеко, или Гитлера, которого путинская власть почему-то считает хуже Сталина, хотя путинский режим больше похож на фашизм, чем на сталинизм. Это как писать антисемитскую гадость на Стене плача в Иерусалиме.
Прямая речь
26 ЯНВАРЯ 2018
Анатолий Голубовский: Государство вроде как хочет контролировать ситуацию, но не может. Страна в институциональном хаосе, её практически нет.
В СМИ
26 ЯНВАРЯ 2018
РИА Новости: "Справедливая Россия" предлагает подумать над созданием в РФ Совета по нравственности, который бы решал экспертным путем, должен ли тот или иной фильм быть показан на территории страны...
В блогах
26 ЯНВАРЯ 2018
Яап Эггермонт: Совет по нравственности, значит. Ну что ж. Тем приятней русским людям будет всем этим депутатам потом эту нравственность в жопу засовывать.
Минкульт решил отменить «Смерть Сталина»
24 ЯНВАРЯ 2018 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Завтра, 25.01.18, в России должна была состояться премьера англо-французской комедии «Смерть Сталина» режиссера Армандо Ианнуччи. Премьеры не будет, поскольку Минкульт отозвал прокатное удостоверение по просьбам общественности. Тут важно раскрыть вот этот псевдоним — «общественность». Можно с высокой долей уверенности утверждать, что в состав «общественности» никогда не войдет ни один читатель этого текста, а также люди типа писателей Войновича, Улицкой, Шендеровича или режиссеры типа Мирзоева, Серебренникова, Учителя. «Общественность» — это член Общественного совета Минкульта Павел Пожигайло, который еще в сентябре 2017-го начал присматриваться и принюхиваться к сомнительному изделию, изготовленному в странах НАТО, и обнаружил там массу провокаций.
Прямая речь
24 ЯНВАРЯ 2018
Алена Солнцева: Для того чтобы провести цензуру в жизнь окончательно, нужны некие законные основания. Пока их находят с натяжкой...