Цензура
24 марта 2019 г.
Ростовскому блогеру Сергею Резнику удвоили срок
23 ЯНВАРЯ 2015, ГАЛИНА АРАПОВА



В четверг, 22 января, Ленинский районный суд Ростова-на Дону приговорил журналиста и блогера Сергея Резника к 3 годам лишения свободы. Основанием для этого послужили обвинения в оскорблении представителей власти и в ложном доносе. Это наказание сложилось с предыдущим сроком в 1,5 года, который журналист уже отбывал на момент возбуждения нового уголовного дела и который был им получен по аналогичным обвинениям в доносе, оскорблении должностного лица, а также в коммерческом подкупе.

Резник известен своей резкой критикой работы государственных органов в Ростовской области. На данный момент озабоченность его приговором уже выразили представитель ОБСЕ по вопросам свободы слова, Европейская и Международная федерации журналистов, а также российский Союз журналистов, признавший Сергея Резника своим членом в ходе предыдущего дела, когда он уже находился в СИЗО. Правозащитная организация «Мемориал» объявила Резника политическим заключённым. Специально для «ЕЖ» ситуацию комментирует комментирует ведущий юрист Центра защиты прав СМИ Галина АРАПОВА: 

«Фактически, Резник просто всех достал. Он очень импульсивный, с сильным внутренним чувством справедливости, которое его гложет, и он не стесняется в выражениях. Но ни одна из его публикаций не касались представителей власти лично, это всегда была критика их публичной деятельности на государственной службе. Особенно по поводу Климова, который засветился в махинациях со служебными квартирами, а позже ушёл в отставку. И хотя причинно-следственная связь не доказана, молодой прокурор с такими семейными связями в разгар своей карьеры просто так в отставку не уходит.



Самое главное, что если бы властям просто не понравилась лексика Резника, то лишить его свободы они бы всё равно не смогли, в 219 статье просто нет такой санкции. Поэтому, чтобы заткнуть его надолго, нужно было сделать так, чтобы появилась другая статья. В первый раз это был «коммерческий подкуп» и «ложный донос», а сейчас – только донос.  Оба обвинения – это калька с одного образца. Какая-то серьёзная статья ставится паровозом, а за ней прицепом идут претензии к тем самым записям, которые, собственно, и не понравились правоохранителям. Особенно вопиющим является то, что, помимо лишения свободы, был применён запрет на занятие профессиональной деятельностью. Это второй подобный случай за последние 20 лет, после «дела Аксаны Пановой».

Специфическое интернет-законодательство, касающееся блокировки, здесь не фигурирует. Но есть другая проблема, связанная с репостом. Дело в том, что текст, к которому предъявляет претензии представитель центра по борьбе с экстремизмом – не авторства самого Резника. Причём даже сторона обвинения признаёт, что определить авторство не удалось. Что любопытно, заголовок к этому тексту добавил сам Резник, но именно к заголовку никаких претензий не было. Таким образом, мы видим один из немногих примеров уголовного наказания за репост. Раньше были случаи административной ответственности в случаи репостов и лайков, но Уголовный кодекс применялся очень редко.

Если проводить параллели между «делом Резника» и судьбой «ЕЖа» и «Граней», то их можно провести только в том отношении, что интернет-издания были просто заблокированы, а Резника просто взяли и посадили. Это такая «ковровая бомбардировка».  В одном случае юридическое лицо, «ЕЖ», не может быть доступно читателю, а в другом – живой автор был отодвинут от интернета далеко и надолго. Но юридически механизмы очень разные, целую редакцию нельзя посадить, а одного человека – можно.



Проблема в данном случае именно с правоприменением. В закон об оскорблениях не помешало бы добавить, что необходимо именно использование неприличной формы, что следует из научного и юридического толкования, но в остальном к самой этой статье претензий нет. Интернет-законодательство, конечно, у нас не самое лучшее, но сейчас речь идёт о законодательстве общеуголовном, которое просто применили в ситуации, когда информация распространяется через интернет. Но, как и в случае с «ЕЖом», проблема в том, что суд не слушал никаких аргументов, будучи мотивирован иными причинами, кроме справедливости.

Вырабатывается очень опасный шаблон. Если ему следовать, то можно наказать полстраны. При том, что журналистика сейчас переживает не лучшие времена в России, очень сложно опубликовать независимый материал оффлайн, в газетах или пустить его по телевидению. И Интернет оставался единственной сферой, где можно было что-то говорить. А таким образом можно не только журналиста, но кого угодно взять и посадить. Это может заглушить любую публичную дискуссию».

 

Фотографии Владимира Стародумова предоставлены Галиной Араповой














  • Андрей Колесников: Этот закон станет «спящий миной», которую будут использовать избирательно, в тех ситуациях, когда понадобиться уничтожить какое-то интернет-издание...

  • Коммерсант: Во время обсуждения ряд сенаторов указал на расплывчатость формулировок, а также несоответствие документов нормам о свободе слова...

  • Юлия Мучник: Кто бы сомневался. Но вот я лично знаю в этом заведении одного приличного в общем-то человека. И вот ведь охота ему там сидеть среди этих упырей и карму себе так портить.

     

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Законы Клишаса летят над страной
14 МАРТА 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В минувшую среду верхняя палата российского парламента, не приходя в сознание, одобрила так называемый «пакет Клишаса» — два закона, по одному из которых чиновники теперь наделяются правом решать, какие новости в Сети настоящие, а какие выдуманные, фейковые (и соответственным образом карать распространителей), а по другому, страховочному, гражданам предписывается этих самых чиновников не оскорблять. А иначе, сами знаете, что будет – штрафы, посадки, посадки, штрафы. Совет Федерации эти дивные законы заглотил и буквально в считаные минуты отрыгнул обратно уже в готовом для Владимира Путина виде. 
Прямая речь
14 МАРТА 2019
Андрей Колесников: Этот закон станет «спящий миной», которую будут использовать избирательно, в тех ситуациях, когда понадобиться уничтожить какое-то интернет-издание...
В СМИ
14 МАРТА 2019
Коммерсант: Во время обсуждения ряд сенаторов указал на расплывчатость формулировок, а также несоответствие документов нормам о свободе слова...
В блогах
14 МАРТА 2019
Юлия Мучник: Кто бы сомневался. Но вот я лично знаю в этом заведении одного приличного в общем-то человека. И вот ведь охота ему там сидеть среди этих упырей и карму себе так портить.  
Ты меня уважаешь?
8 МАРТА 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Госдума приняла в окончательном, третьем чтении законы о наказании за оскорблениие государственных символов и институтов. Поправки внесены в статью 20.1 КоАП («Мелкое хулиганство»). Люди, которые писали эти поправки, были, видимо, настолько взволнованы, что оказались не в состоянии выразить свою мысль членораздельно. Судите сами. Наказание теперь наступает за «распространение в информационно-коммуникационных сетях, в том числе в сети Интернет, информации, выражающей в неприличной форме, которая оскорбляет человеческое достоинство и общественную нравственность, явное неуважение к обществу, государству, официальным государственным символам РФ, Конституции РФ или органам, осуществляющим государственную власть в РФ». То есть будут наказывать за то, что оскорбили тех, кто проявил «явное неуважение к обществу, государству» и прочим органам?
Прямая речь
8 МАРТА 2019
Николай Сванидзе: Ещё один очень широкий шаг в направлении возвращения реальной цензуры и в то же время — понижения авторитета власти в стране.
В СМИ
8 МАРТА 2019
infox: Главными выгодоприобретателями, как видим, станут разнообразные институты русского языка и приравненные к ним конторы, имеющие право предоставлять экспертизы для судопроизводства.
В блогах
8 МАРТА 2019
Ольга Романова: Умные юристы Руси Сидящей немедленно предложили не уважать государство неявно))). Второе предложение поступило из бухгалтерии - зацеловать до смерти.
В дни памяти Немцова репрессивная машина не буксует
28 ФЕВРАЛЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Уже многие комментаторы отметили, что в четвертую годовщину убийства Бориса Немцова власть во время проведения всех мероприятий, посвященных этой ужасной дате, вела себя весьма сдержанно и лютовала вполне умеренно. А по нынешним временам можно сказать, что и вовсе не лютовала. Судите сами – впервые за долгие годы цензурирование контента наглядной агитации, которую демонстранты несли с собой на Марш Немцова, носило более или менее формальный характер. Достаточно отметить, что колонна стартовала за растяжкой, на которой было написано «Мы отдали Россию негодяям. Пора возвращать». 
Прямая речь
28 ФЕВРАЛЯ 2019
Николай Сванидзе: Это не страх. В Кремле вообще мало чего опасаются, там сидят очень уверенные в себе люди. Но это последовательное личное отношение.