В оппозиции
22 апреля 2019 г.
100 бочек экстремистов



В первой половине 1980-х годов я работал в Центральном институте по градостроительству, проектировавшем Генеральные планы крупнейших городов. Эти Генпланы проходили кучу стадий согласований, важнейшей из которых было согласование в соответствующем обкоме. Так я оказался в приемной первого секретаря. У «самого» шло какое-то совещание, и, ожидая, я болтал с секретаршей. Во время разговора я увидел на столе у нее подготовленную папку (помните такие — «ДЛЯ ДОКЛАДА», всё заглавными буквами!) с тисненой надписью «Новости» и спросил, что это такое. «Ну, знаете, Самому же некогда программу "Время" смотреть или газеты читать — вот мы ему готовим... дайджест?» — явно неуверенная в правильности употребления заморского слова произнесла секретарша. Заинтригованный, я спросил: «А можно этот дайджест глянуть — все равно же жду!». И тут обычно непреклонная секретарша, расслабившись от подтверждения ее познаний в английском со стороны московского гостя, дрогнула и сказала: «Да пожалуйста!».

Это было увлекательнейшее чтиво: из дайджеста прямо так и пёрло уже практически установившимся коммунизмом безо всяких там «кое-где у нас порой». Для верности я купил местную «Областную правду» внизу в киоске — рядом с дайджестом она была просто «Голосом Америки», «Свободой» и Би-Би-Си в одном флаконе: тут прорвало трубу, тут не успели ввести школу к учебному году, а тут дожди залили посевы... Однако трудности героически преодолевали — никаких преодолений в дайджесте не было!

Я потом много раз вспоминал этот дайджест, когда хотелось воскликнуть: «Да что они там, наверху, совсем ослепли, что ли?! Не понимают, что на самом деле творится?!». И понимал, что у них, при всех их службах и оперативных данных, хуже с информацией, чем у нас. Потому что все подчиненные, готовя им материалы, уже слегка подвирают, чтобы не навлечь себе проблем на голову, а их начальники — еще разок подчищают и подправляют из тех же соображений, и когда наконец данные доходят до получателя, узнать их уже невозможно и из них узнать почти ничего невозможно. Вы скажете: а спецслужбы? Так ведь и они ровно такие же: те же чиновники поставляют наверх ровно такие данные, какие им в этот момент как минимум безопасны, а еще лучше — полезны. Им, а не тем наверху, кому они их поставляют.

Я всю эту историю вспомнил неспроста. Потому что последние полторы недели Комитет 6 мая старался понять, чего вдруг возбудился Следственный комитет и начал одного за другим вызывать на допросы тех, кто был задержан на Болотной площади 6 мая 2012 года — три года назад! Понять, что происходит, и помочь с адвокатской поддержкой.

Дело оказалось просто сказочным и, собственно говоря, к «болотному делу» никакого отношения не имеющим. С год назад какой-то идиот разослал губернаторам пяти пограничных с Украиной областей электронные письма с призывом отделиться от России и дружно и с песнями податься в состав Незалежной.

Конечно, самое разумное было бы не обращать на подобных идиотов внимание. Ну, самое большее, на всякий случай глянуть: нельзя ли сразу этого идиота по ай-пи адресу вычислить, а нет, так и Бог с ним, не гоняться же за ним! Но для того, чтобы так поступить, руководству СК надо было проявить волю и инициативу. Не Бог весть какие, но все же. Потому что если «а вдруг чего», то с них же и спросят, что, мол, проморгали, а сигналы-то были! Тем более что формально такие призывы подпадают под ст. 280.1 Уголовного кодекса РФ «Публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации». Правда, неясно, насколько их можно было признать публичными (конечно, пять губернаторов — уже «публика», но, кажется, в УК речь идет все же о другом).

Поскольку дело касалось губернаторов, оно было поставлено «на контроль», и Следственный комитет решил отреагировать — и возбудил дело в отношении «неустановленного круга лиц» по этой статье. А так как вычислить, откуда и кем были письма посланы, «компьютерными» методами не удалось, Управление СК по ЦФО направило запрос в Центр «Э» МВД , чтобы там их сориентировали по поводу экстремистов, которые могли бы эти письма написать. Тем самым запустив машину.

Получив запрос, Центр «Э» все по тем же причинам никаких возражений или сомнений не высказал, но и заморачиваться не стал: раз не его дело, то как спросили — так и ответим. И попросту направил письмом за подписью г-на Метлина С.П. список из примерно ста человек, произвольно «зачерпнутых» в перечне задержанных 6 мая 2012 г. на Болотной площади и оформленных по статье 19.3 Кодекса об административных правонарушениях, охарактеризовав их всех как лиц, «причастных к экстремистской деятельности». Просто потому, что «болотная» база данных была под рукой. Помните, на Болотной и даже вокруг нее — и в Лаврушинском переулке, и в «Макдоналдсе» у метро «Третьяковская» — полиция тогда хватала всех без разбору, а потом суды на следующий день всем оформляли ст. 19.3 КоАП РФ. На следующий — потому что была дана команда, чтобы до инаугурации никого не выпускать. По статье 19.3 — потому что тогда, в еще вегетарианском 2012 г., она была единственной, позволявшей создать вид законности суточного задержания. И вот все, кто тогда попал, теперь стали лицами, «причастными к экстремистской деятельности». Или, по меньшей мере, та сотня человек, что попала в ответ Центра «Э».

Уже и Управления СК по ЦФО не стало — но ведь дело «на контроле», его передали в центральный аппарат СК! Следователям которого теперь деваться некуда: приходится вызывать всех по списку на допрос, даже прекрасно понимая и не особо скрывая, что они, конечно, знают, что никаких «экстремистов» в этом списке нет, что всё это пустая работа, что ничего она не даст — но машина запущена и уже проще вызвать на допросы сто человек, угробив и своё и их время (а еще и их нервы), чем прекратить это дело за бессмысленностью. Потому что решение прекратить придется объяснять начальству, тому — конфликтовать с Центром «Э» и объясняться наверху, чего совсем не хочется, тем более что путей найти автора писем как не было, так и нет. А так — хоть видимость работы.

Скорее всего дело о письмах так и останется «висяком». Разве что идиот, их написавший, по дурости обнаружит себя сам или его грехи удастся повесить на какого-нибудь бедолагу. Зато теперь — и вот в этом сомневаться не приходится! — сотня экстремистов начнет жизнь поручика Киже. Центр «Э» отчитается (если уже не отчитался), что им был напрален в СК список из ста выявленных экстремистов, СК доложит, что все сто выявленных Центром «Э» экстремистов добросовестно допрошены — и уже никто и никогда не позволит себе усомниться в существовании этой экстремистской сотни. Тем более что ее существование — повод просить о дополнительных средствах на борьбу с ними, новых ставках и звездочках, а для депутатов, прости Господи, повод для все новых устрожительных инициатив — в патриотическом деле защиты Отечества перестараться нельзя!

А понадобится — так сто бочек экстремистов так легко превратить в сорок бочек арестантов! У нас уже и списочки готовы!

Конечно, вся эта история — подарок от Центра «Э». Он всегда отличался редкостной компетентностью и эффективностью, но тут превзошел сам себя: заставил СК перелопачивать сотню людей просто из-за собственной лени, неумения и нежелания работать. Нетрудно представить себе, как этот Центр будет бороться с реальными экстремистами, если — не дай Бог! — придется.

Хотя... ровно так же, как и все звенья этой насквозь прогнившей машины: «Градом» по площадям и снарядов не жалеть! Неважно, что никаких врагов нет — чтобы никто не сказал, что мер не приняли.

Правда, чаще всего, когда стреляют куда ни попадя, беда приходит, откуда не ждали. Но это потом.

А пока — сто бочек экстремистов в студию!


Фото Василия Петрова













  • Алексей Макаркин:  Проблема таких протестов в том, что они скорее фиксируют наличие активного и молодого слоя людей, которые недовольны... Но возникает вопрос, а что дальше?

  • Lenta.ru: В акции за свободный интернет на проспекте Академика Сахарова в Москве приняли участие около 6,5 тысячи человек, сообщает пресс-служба столичного главка МВД.

  • Жуковский Владислав: Когда против антисоциальных реформ и репрессивных законов выйдут полмиллиона, ситуация изменится.

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Уже нечего согласовывать и не с кем согласовывать
11 МАРТА 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
В оппозиционной среде дискуссия о том, стоит ли испрашивать у властей разрешение на проведение массового протестного мероприятия, не утихает который год. Аргументы противников «прогулок в загоне» более чем убедительны. Оспорить тезис, что просить дозволения на то, на что имеешь право по Конституции и другим законам, унизительно, крайне трудно. Кроме того, сторонники несанкционированных акций утверждают, что подобного рода практика — походы в мэрию за заветной бумажкой — только снижает накал оппозиционной борьбы и, следовательно, играет на руку властям.
Прямая речь
11 МАРТА 2019
Алексей Макаркин:  Проблема таких протестов в том, что они скорее фиксируют наличие активного и молодого слоя людей, которые недовольны... Но возникает вопрос, а что дальше?
В СМИ
11 МАРТА 2019
Lenta.ru: В акции за свободный интернет на проспекте Академика Сахарова в Москве приняли участие около 6,5 тысячи человек, сообщает пресс-служба столичного главка МВД.
В блогах
11 МАРТА 2019
Жуковский Владислав: Когда против антисоциальных реформ и репрессивных законов выйдут полмиллиона, ситуация изменится.
Марш Немцова. Почему люди пришли. Почему не все
25 ФЕВРАЛЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Если рискнуть абстрагироваться от эмоциональной составляющей этих ужасных «немцовских дней», которые мы переживаем уже пятый год… (Хотя, впрочем, я вовсе не уверен в целесообразности и даже возможности такого психологического эксперимента…) Но если все же попробовать взглянуть на ситуацию, убрав за скобки ее трагический контекст, то картина вырисовывается следующая. «Марш Немцова» — последняя массовая акция оппозиции, которую власть согласовывает, фактически не корректируя заявку организаторов. Однозначного ответа на вопрос, почему это происходит, нет. Не исключаю, что четыре года назад от верховного правителя поступило твердое указание «не препятствовать им в день памяти Немцова»...
Прямая речь
25 ФЕВРАЛЯ 2019
Дмитрий Орешкин:  На марше было гораздо меньше демонстративных автозаков, вертолётов и прочего. И людей прошло побольше, чем 10 тысяч, но не в 5 раз, примерно — 15-20 тысяч.
В СМИ
25 ФЕВРАЛЯ 2019
Газета.RU: В центре столицы прошел согласованный марш памяти оппозиционного политика Бориса Немцова, который был убит четыре года назад на Большом Москворецком мосту. ...В акции приняли участие... 10,8 тыс. человек.
В блогах
25 ФЕВРАЛЯ 2019
vodolei 13: Ну, что сказать : народу было меньше, чем по сути нынешней ситуации должно бы быть, но больше, чем я ожидала.
Репрессии властей должны натыкаться на сопротивление граждан
11 ФЕВРАЛЯ 2019 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
По данным информационных агентств, в минувшее воскресенье Марш разгневанных матерей прошел более, чем в двух десятках российских городов. Наиболее массовые и заметные акции состоялись в Москве и Санкт-Петербурге, но люди стояли в пикетах и во Владимире, и в Орле, и в Ростове. В первой столице по бульварам от Новопушкинского сквера до Кропоткинской прошло около тысячи демонстрантов. Если в Москве полиция вела себя достаточно лояльно и спокойно (было задержано всего несколько человек, в основном, после провокаций прокремлевских активистов), то в Питере стражи порядка реагировали жестче. 
Прямая речь
11 ФЕВРАЛЯ 2019
Дмитрий Орешкин: Стоит ли гнобить дальше или не проявлять избыточного зверства? Чем раздрай в верхах кончится, непонятно, но он уже начинает ощущаться.