Хозяева страны
21 января 2020 г.
Отмыть от крови гимнастерку НКВД
2 ДЕКАБРЯ 2019, АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ



Исполняющий обязанности районного прокурора в Твери выступил с судьбоносной инициативой — предложил демонтировать мемориальные доски, установленные 30 лет назад на здании местного мединститута.

В 30-х годах прошлого века в здании располагалось областное управление НКВД со своей внутренней тюрьмой. Там, согласно показаниям бывшего начальника этого управления, которые он дал в 1991-м следователям Главной военной прокуратуры, расстреливали людей, как советских граждан, так и пленных поляков. Но теперь прокурорские выяснили: оказывается, эти признания не подтверждаются данными, которые тогда же, в начале 1990-х, были представлены Федеральной службой контрразведки, предшественницей ФСБ. А так как архивы ФСБ до сих пор засекречены, то, по прокурорской логике, нет никаких данных, что массовые убийства совершались именно в этом здании. Стало быть, репрессии не доказаны и мемориальные доски надлежит снять. К тому же к доскам эти возлагают цветы делегации из Польши, которая является, как известно, недружественным государством. И, как указывается в представлении прокуратуры, эти визиты «создают дополнительную угрозу безопасности обучающихся и педагогических работников». Ни больше ни меньше.



И это не единичный случай. Правоохранительные органы в компании с находящимися в действующем резерве «общественниками» неуклюже, но старательно опровергают факты массовых убийств, совершенных сотрудниками советских спецслужб в 30-х – 50-х годах, и пытаются инициировать преследование тех, кто об этих преступлениях говорит. Так, созданное министром культуры Мединским Военно-историческое общество регулярно проводит раскопки в лесном массиве Сандармох в Карелии.

Массовые захоронения там в конце 1990-х обнаружил руководитель карельского «Мемориала» Юрий Дмитриев (в 2016-м его облыжно обвинили в изготовлении детской порнографии; историка оправдали, но тотчас взяли повторно, теперь уже по столь же надуманному обвинению в растлении несовершеннолетних). Многочисленными документами подтверждается: именно в Сандармохе чекисты расстреливали заключенных с Соловков. Экспедиции же «военных историков» поставили себе целью доказать: найденные останки принадлежат не репрессированным, а красноармейцам, которых могли расстрелять финские солдаты во время войны.

ТАСС

Министерство природных ресурсов Пермского края выписало предупреждение и штрафы краевому отделению общества «Мемориал» и его руководителю за то, что мемориальцы обустроили памятник репрессированным литовцам и полякам в заброшенном поселке Галяшор, а также навели порядок на местном кладбище. Осуществили, мол, незаконную порубку деревьев.

Показательно, что инициаторы этих абсурдных дел (точно так же, как и следователи по «московскому делу») совершенно не заморачиваются тем, чтобы представить хоть сколько-нибудь правдоподобное подтверждение своих версий. Очевидно, что команда избавиться от любых напоминаний о сталинских репрессиях последовала с самого верха. А в этом случае, как отлично известно силовикам, за усердие, даже если оно не по разуму, не наказывают.

Сигнал был дан два года назад, в декабре 2017-го. Тогда Владимир Путин со сподвижниками праздновал 100-летие спецслужбы, из которой они все вышли. В официальной «Российской газете» было опубликовано интервью нынешнего директора ФСБ Александра Бортникова, в котором он дал такое объяснение массовых репрессий: «Угроза надвигающейся войны требовала от советского государства концентрации всех ресурсов и предельного напряжения сил, скорейшего проведения индустриализации и коллективизации». В том же тексте Бортников утверждал, что «архивные материалы свидетельствуют о наличии объективной стороны в значительной части уголовных дел, в том числе легших в основу известных открытых процессов». Ну а теперь опираясь на архивные материалы, а точнее, на отказ их предоставить, прокурорские работники в Твери требуют демонтировать доски в память репрессированных.

Здесь чрезвычайно любопытно, почему нынешние российские спецслужбы и правоохранительные органы так старательно заботятся о чести мундира, вернее, о чистоте гимнастерки работников НКВД. Казалось бы, единственный разумный подход в деле воспитания новых поколений фээсбэшников — полное и абсолютное отрицание какой-либо связи сегодняшней спецслужбы с палачами из 1937-го. Ан нет, эту связь старательно подчеркивают. «Как бы ни менялись эпохи, абсолютное большинство людей, выбирающих эту трудную профессию, всегда были настоящими государственниками и патриотами, которые достойно и честно выполняли свой долг, на первое место ставили службу отечеству и своему народу», — говорил Владимир Путин на праздновании 100-летнего юбилея спецслужбы.

Не случайно российское общество, а за ним и российское начальство обратились ныне к истории. С одной стороны, то, что сотни людей регулярно приходят к Соловецкому камню на Лубянке, чтобы вспомнить жертв сталинских репрессий, доказывает: думающие люди отдают себе отчет в том, к чему ведет нынешний авторитарный тренд в развитии (точнее, в деградации) страны. С другой — нарастает желание власти оправдывать прошлое и сегодняшнее беззаконие исторической необходимостью. Вчера расстреливали в условиях неизбежно приближавшейся войны, расстреливали, чтобы обеспечивать мобилизацию. Сегодня сажают «несогласных», чтобы противостоять враждебному западному вмешательству.

В этом случае логично подчеркивать связь нынешней охранки с ее предшественниками. Если так, то вполне естественно бросить все силы на то, чтобы приуменьшить размеры зверств в 30-х. А еще лучше заставить общество забыть о них, отбелить, насколько возможно, гимнастерку НКВД, залитую кровью расстрелянных…


Фото: 1-2. Мемориальные доски со здания Медакадемии (ТГМУ), где в 1930–50-е годы находилось Управление НКВД-МГБ по Калининской области и его внутренняя тюрьма. www.change.org/tvgmu.ru
3. Россия. Карелия. Медвежьегорск. 2 августа 1997 г. Останки расстрелянных в 1937 году по приговору "троек" людей, найденное в местечке Сандормох. Майстерман Семен/Фотохроника ТАСС












  • Николай Сванидзе: Мы видим стратегическую дестабилизацию власти в стране: она всё время подтачивается под одного человека, но этот человек конечен.

  • РИА Новости Крым: Из слов президента складывается впечатление, что Госсовет может стать своего рода третьей палатой парламента... Возможно, Госсовет станет своего рода ЦК или даже Политбюро.

  • Лев Рубинштейн: Я так понимаю, что любая организация, которую станет возглавлять П., автоматически становится самой главной?

РАНЕЕ В СЮЖЕТЕ
Я не устал! Я не мухожук!
16 ЯНВАРЯ 2020 // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Помните, была такая частушка: «Встал я утром — здрасьте! Нет советской власти! Вот она, вот она»… Ну, и так далее. Главное достижение путинской администрации за двадцать лет — полная герметичность. В прекрасные ельцинские времена мы бы уже за две недели все знали — у меня бы давно телефон вскипел от сливов. Нынче — сюрприз вселенского масштаба…  Наша медийная песочница взорвалась: аналитики анализируют, обозреватели обозревают, корреспонденты корреспондируют, а политологи и обозревают, и анализируют, и даже корреспондируют! Ну, помолясь, и мы приступим (что, мы хуже других?)…
Прямая речь
16 ЯНВАРЯ 2020
Николай Сванидзе: Мы видим стратегическую дестабилизацию власти в стране: она всё время подтачивается под одного человека, но этот человек конечен.
В СМИ
16 ЯНВАРЯ 2020
РИА Новости Крым: Из слов президента складывается впечатление, что Госсовет может стать своего рода третьей палатой парламента... Возможно, Госсовет станет своего рода ЦК или даже Политбюро.
В блогах
16 ЯНВАРЯ 2020
Лев Рубинштейн: Я так понимаю, что любая организация, которую станет возглавлять П., автоматически становится самой главной?
Время в котором стоим
15 ЯНВАРЯ 2020 // АЛЕКСАНДР ЧЕРКАСОВ
Новости 15 января 2020 года – анонсированные Путиным изменения в Конституцию и объявленный Медведевым роспуск правительства – вызвали в обществе реакцию, пожалуй, слишком бурную. Такое впечатление, что одних эта отставка непременно затронет. Хочется спросить: «Что? Как? Предложат министерскую портфелю?» Другие провозглашают конституционный переворот, изоляцию, отмену прав и свобод и, вслед за Гомером Симпсоном, возносят клич «Мы все умрем!». Да неужели?
Новогодние подарки от власти
27 ДЕКАБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Прокурор Сергей Семеренко, вероятно, встретит Новый год дома, в кругу семьи, и, возможно, будет считать завершение уходящего 2019 года удачным, а свой статус государственного обвинителя по делу «Сети», о котором проинформирован президент России Путин, венцом своей карьеры. Накануне Нового года прокурор Сергей Семеренко потребовал семерым подсудимым по делу «Сети» от 6 до 18 лет лишения свободы. В том числе Дмитрию Пчелинцеву и Илье Шакурскому — соответственно 18 и 16 лет в колонии строгого режима. Дело «Сети» — одно из наиболее чудовищных проявлений произвола спецслужб и судебной системы путинского режима.
Прямая речь
27 ДЕКАБРЯ 2019
Николай Сванидзе: Власть к концу года внушает всё больше пессимизма, а общество – всё больше оптимизма. Власть... дистанцируется от законов и действует произвольно, а общество... всё больше пытается сопротивляться.
В СМИ
27 ДЕКАБРЯ 2019
Новая газета: Гособвинение попросило назначить наказание для обвиняемых по делу «Сети» (признана террористической и запрещена в России) от шести до 18 лет в колонии строгого режима...
В блогах
27 ДЕКАБРЯ 2019
Александр Морозов: Поскольку в стране "гонка репрессий" и каждый 25-летний ФСБэшник рвется по карьерной лестнице - то стряпаются чудовищные дела, с нарушением всех процессуальных норм...
Один день из жизни Владимира Владимировича
20 ДЕКАБРЯ 2019 // ИГОРЬ ЯКОВЕНКО
Вечер 19 декабря Владимир Владимирович собрался провести в Кремле, среди своих. В кругу новых дворян, которые составляют опору его режима. Только успел поздороваться с директором ФСБ Бортниковым и директором СВР Нарышкиным, как сообщили, что на родное ведомство совершено нападение, есть убитый сотрудник ФСБ и раненые. Нападавший, естественно, убит. Владимир Владимирович, конечно, понял, что это привет лично ему. В голове сбились в кучу тревожные мысли: «Возможно, у убитого стрелка были сообщники, а от Лубянки до Кремля совсем недалеко. В зале всего шесть тысяч чекистов плюс охраны еще тысяч десять. Можем не отбиться. Неужели конец?».