КОММЕНТАРИИ
В погонах

В погонахАнтикризисный пакет Кремля: для чего нужна база данных «Экстремист»

1 ИЮЛЯ 2009 г. ИРИНА БОРОГАН

Мы продолжаем совместный проект «Ежедневного журнала» и портала Agentura.Ru, посвященный анализу государственной кампании по борьбе с экстремизмом, которую, по нашему мнению, власти развернули для того, чтобы усилить контроль за гражданами. В предыдущих статьях мы писали о том, как законопослушный человек может попасть в «черный» список и стать объектом  негласного надзора со стороны Департамента по противодействию экстремизму МВД,  какие программы электронного наблюдения за поведением групп и отдельных личностей  внедряются сегодня по всей России и кто в первую очередь может стать мишенью борцов с экстремизмом.

 

mvd.ru

Недавно на серию наших публикаций последовала реакция руководителя Департамента по противодействию экстремизму МВД (ДПЭ) Юрия Кокова. В интервью «Российской газете» генерал-лейтенант попытался развеять опасения насчет того, что «создание нового департамента некоторые восприняли как возрождение политического сыска».

«Эти опасения совершенно напрасны. Хотя сегодня раздаются отдельные заявления об «установлении контроля над гражданским обществом» и «усилении полицейских функций». Заговорили даже о составлении черных списков неблагонадежных — от футбольных фанатов до сектантов. Но все это далеко от истины», — успокоил публику Коков.  «Никакого преследования за инакомыслие, никакого посягательства на право каждого иметь собственные убеждения. Но только до тех пор, пока они не трансформируются  в противоправные деяния», — заверил генерал.

Поскольку Юрий Коков, не ссылаясь,  но все же процитировал мои статьи, считаю необходимым ему ответить. Ранее я писала, что данные Сергея Шимоволоса, нижегородского правозащитника, и Романа Доброхотова,  участника движения «Солидарность», были внесены в ПТК «Розыск-магистраль», куда обычно попадают фамилии людей, находящихся в розыске, и выставлены на «сторожевой контроль» сотрудниками антиэкстремистских подразделений МВД*. «Сторожевой» контроль предполагал отслеживание их передвижений на поездах и самолетах.

Эти факты документально подтверждены: в случае Шимоволоса — в ходе разбирательства в суде, в случае Доброхотова — копией телефонограммы, в которой написано, что Центр оперативно-розыскной информации московского УВД на транспорте сообщает, что на «сторожевой контроль» Доброхотова выставил Департамент по противодействию экстремизму МВД. На каких основаниях Доброхотова, недавнего студента МГИМО, не привлекавшегося к уголовной ответственности, выставили на «сторожевой контроль», неизвестно. Шимоволоса, также не нарушавшего закон, на учет поставили «по оперативным соображениям»  сотрудники УБОП ГУВД по Нижегородской области.

Если Юрий Коков настаивает на том, что  заявления о «черных» списках далеки от истины и  никакого преследования за убеждения не ведется, пусть пояснит, как фамилия Доброхотова попала в ПТК   «Розыск-Магистраль», на основании чего 6 мая он был задержан милиционером на Павелецком вокзале для проведения «профилактических мероприятий». Если «никакого преследования за инакомыслие», как утверждает Коков, нет, то почему передвижения Доброхотова, который известен как участник оппозиционных движений, должен контролировать ДПЭ МВД? Видимо, по мнению Кокова, случай, когда три милицейских подразделения тратят свои силы на одного законопослушного оппозиционера, не считаются преследованиями.

Все это должно быть прояснено, если ДПЭ, задачи которому, естественно, ставит государство, не желает оказаться в неблаговидной роли гонителя инакомыслящих.

Очевидно, что составление силовыми ведомствами любых баз данных на граждан, которые не являются фигурантами уголовных дел, всегда будет волновать общество и вызывать опасения, особенно сегодня, когда технические возможности позволяют сформировать подробнейшее электронное досье на человека и отслеживать его действия — от операций с банковской карточкой до передвижений.

 

kvadroom.ru

Это тем более важно, что Департамент по противодействию экстремизму не собирается ограничиваться использованием общих баз данных МВД, как это происходит сейчас, а создает собственный, специализированный банк данных.

29 апреля в Екатеринбурге Юрий Коков упомянул систему «Экстремист», представляющую собой базу данных, комплектуемую на основе оперативных данных. Однако на каком основании туда будут попадать граждане и что это за «оперативные данные», никто не пояснил. Будут ли туда попадать подозреваемые в совершении убийств на национальной почве или те, кто сходил на митинг обманутых вкладчиков, не ясно.

Известно лишь, что работа по созданию БД «Экстремист» уже идет. 31 марта 2009 года конкурс № 8К-56 на госконтракт по созданию «Автоматизированной системы по автоматизации деятельности по линии борьбы с экстремизмом» (АИПС) выиграло ООО «Систематика».  Заказчик — МВД,  сумма контракта — 11 298 560,00 рублей, система должна быть закончена к ноябрю 2010 года.

Как указано в контракте, «целью создания автоматизированной системы является повышение качества информационной поддержки противодействия экстремистской деятельности в рамках компетенции МВД России (Центра «Э»)». Далее уточняется, что разработка АИПС обеспечит возможность создания базы данных по вопросам противодействия экстремистской деятельности, а также автоматизации процессов обмена информацией между Центром «Э» МВД России, ФСБ и ФСО. Помимо этого АИПС должна соответствовать стандартам ЕИТКС ОВД (о работе этой системы, позволяющей формировать интерактивное досье на гражданина, см. здесь).

Между тем, создание банка данных — не просто инициатива ДПЭ МВД, она опирается на поручение правительства № ПР-2190 от 16 декабря 2006 года.

Из разъяснений МВД по ходу конкурса можно узнать, что разрабатываемая система планируется как территориально распределенная многоуровневая, при этом на каждом комплексе, установленном в региональном Центре «Э», планируется одновременная работа до 50 пользователей, что предполагает достаточно большой объем деятельности. При этом МВД пояснило, что объем создаваемой базы данных «в настоящее время оценить не представляется возможным», то есть в министерстве даже примерно не представляют, какое количество людей будет внесено в базу и станет объектом наблюдения со стороны борцов с экстремизмом.

--------------------

* Шимоволоса на «сторожевой контроль» выставили сотрудники нижегородского УБОП, на базе которого теперь образован Центр по противодействию экстремизму. В данный момент его сняли с учета

Обсудить "Антикризисный пакет Кремля: для чего нужна база данных «Экстремист»" на форуме
Версия для печати
 



Материалы по теме

Беспилотники для внутреннего употребления // АНДРЕЙ СОЛДАТОВ, ИРИНА БОРОГАН
О кадровом голоде и кузницах кадров // АЛЕКСАНДР ФЕДУТА
Почему не сидят оборотни в мундирах? // АЛЕКСАНДР ПОДРАБИНЕК
Танцульки продолжаются! // МАТВЕЙ ГАНАПОЛЬСКИЙ
Главный враг на первое время // АЛЕКСАНДР ПОДРАБИНЕК
Нечаянные встречи // АЛЕКСАНДР РЫКЛИН
Период полураспада // ГЕОРГИЙ САТАРОВ
Антикризисный проект Кремля: технологии слежки // ИРИНА БОРОГАН
Заявление Романа Доброхотова // ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ
Контроль над обществом:
антикризисный пакет Кремля
// ИРИНА БОРОГАН