КОММЕНТАРИИ
В погонах

В погонахТотальный контроль: западный опыт

1 ДЕКАБРЯ 2009 г. ИРИНА БОРОГАН
РИА Новости
Мы продолжаем совместный проект «Еженедельного журнала» и Agentura.ru, посвященный анализу государственной кампании по борьбе с экстремизмом, которую власти развернули для установления контроля над гражданским обществом и усиления полицейских функций государства. В прошлый раз мы писали о том, что российский подход к борьбе с экстремистами, к которым у нас причисляют гражданских и политических активистов, стал находить понимание на Западе. Перспективы такого взаимопонимания выглядят пугающе, учитывая какие высокотехнологичные системы контроля и наблюдения успели за последние десять лет внедрить на Западе.

После 11 сентября 2001 года американские спецслужбы, воспользовавшись критической ситуацией, стали вкладывать огромные средства в сбор сведений о гражданах и интегрирование этих сведений в единые базы данных. Джеймс Бэмфорд, автор книги-расследования «Shadow Factory» о деятельности Агентства Национальной Безопасности (АНБ) после 9.11, выяснил, что АНБ собрало такое количество информации с помощью записи телефонных разговоров, которое никто в мире не сможет прослушать еще много лет. В год в АНБ скапливается 48 петабайт информации, а это, как подсчитал автор, примерно один миллиард библиотечных картотечных блоков или примерно 24 триллиона текстовых страниц.

Мать всех черных списков

Terrorist Identities Datamart Environment (TIDE) – главная база данных правительства США, куда вливается информация ЦРУ, ФБР, АНБ и военной разведки DIA о террористах и лицах, подозреваемых в терроризме.

Как рассказал 4 апреля 2006 года директор Национального контртеррористического центра Джон Ред Конгрессу США, в ней на тот момент содержалась информация о 200 000 человек, а в целом было 300 000 записей.

На основе этой мегабазы формируется множество черных списков: No-Fly list, База данных Госдепартамента по визам и паспортам (Visa and Passport Database), списки пограничного контроля (Homeland Security's Boarder System), а также черные списки ФБР для государственных и местных правоохранительных органов. Помимо собственной информации, собранной по всему миру спецслужбами США, в TIDE вливаются данные о подозреваемых и террористах из 28 стран, которые приходят по каналам обмена информации.

Именно поэтому Джеймс Бэмфорд назвал TIDE матерью всех американских черных списков. По его данным, кстати, превышающим цифры спецслужб, там содержатся сведения на полмиллиона человек и значительная часть этого списка формируется на основе перехвата телефонных переговоров по всему миру. А ведь до 11 сентября список американцев и иностранцев, представляющих опасность для США, состоял всего из 20 имен.

Большинство фигурантов этого списка не террористы и не представляют опасности, а многие оказались в нем просто по ошибке. Некоторые узнают о том, что они попали в черные списки только тогда, когда их снимают с авиарейса, как это случилось с сенатором Тедом Кеннеди. В марте 2004 года сенатора пять раз останавливали в аэропортах США, поскольку он попал в No-Fly list. Тем, кто попал в этот список, запрещено летать внутренними американскими авиарейсами, а также покидать на самолете территорию США и соответственно прилетать в страну.

Конечно, благодаря высокому статусу Кеннеди его фамилию удалось удалить из базы данных, однако это оказалось очень непросто и получилось не с первого раза. Впоследствии сенатору неофициально объяснили, что в список он попал как человек, звонивший кому-то, кто подозревается в терроризме. Однако многие никогда не узнают о том, что их имена попали в черные списки и им отказали в получении госкредита на поддержку малого бизнеса именно по этой причине.

По оценкам Союза американских гражданских свобод (American Civil Liberties Union), к 2008 году список лиц, представляющих возможную угрозу нацбезопасности США, который распространяется по аэропортам, разросся до 1 миллиона человек.

Правда, Министерство внутренней безопасности США утверждает, что этот список намного меньше — всего 2 500 тех, кому запрещено летать, и еще 16 000 подозрительных лиц, кому в принципе пользоваться самолетами разрешается, но в их отношении предпринимаются особые меры безопасности. Причем большинство из них не американские граждане.

Как выяснил Джеймс Бэмфорд, сведения в центральную БД собираются по следующему принципу: сначала попадают данные на конкретного человека, следующая ступень — его родственники, потом следуют друзья и бизнес-партнеры. Таким образом отслеживается четыре уровня связей человека. Причем в связи четвертого уровня могут попасть люди, очень отдаленно связанные с первоначальными фигурантами списка, например, владельцы здания, где живет или работает фигурант и т. п.

Кроме того, часто эти связи устанавливаются путем автоматического анализа телефонных звонков. После принятия Patriot Act в 2001 году все легальные процедуры в США упростились до такой степени, что человек мог попасть в базы АНБ только потому, что, будучи жителем Франкфурта, он регулярно звонил нескольким жителям Чикаго, и это выглядело подозрительно.

Превентивный контроль

Великобритания тоже изменила после 11 сентября антитеррористическое законодательство: в октябре 2007 года вступил в силу новый закон, расширяющий возможности властей по контролю над жителями страны. В результате 795 различных организаций получили доступ к конфиденциальной информации о телефонных переговорах британцев. Теперь городские власти, полиция, различные министерства, включая Минздрав, могут на законных основаниях получать доступ к сведениям о телефонных номерах, по которым звонил гражданин, и узнавать имена, фамилии, адреса переговаривающихся, местонахождение абонента в случае, если он пользовался мобильным телефоном. И если в России только обсуждаются перспективы внедрения базы данных по образцам ДНК, в Британии в ноябре уже разгорелся скандал по поводу незаконного сбора генетических образцов у задержанных. 

Считается, что Великобритания располагает самой большой базой ДНК в мире: сейчас она содержит около 4 587 430 образцов и за 2 последних года  увеличилась на 40%.

В конце ноября Комиссии по генетике человека стало известно, что полицейские в Англии и Уэльсе специально задерживают людей, чтобы забрать у них образцы ДНК и пополнить таким образом свою базу данных. Дело в том, что забрать образец ДНК в Великобритании можно только в случае ареста нарушителя, но впоследствии этот образец останется в базе данных, даже если человек будет признан невиновным. Полиция отрицала обвинения в намеренности своих действий, хотя Министерство внутренних дел Великобритании заявило в ноябре 2009 года, что ДНК арестованных, но признанных позднее невиновными, не будут храниться в базе данных дольше 6 лет, исключая тех, кого подозревали в терроризме (эти могут остаться в базе на неопределенный срок).

Комиссия также заметила, что одна группа населения представлена в базах ДНК непропорционально — это молодые чернокожие британцы, у которых данные собираются, видимо, на всякий случай. Признавая, что образцы ДНК могут помочь в раскрытии преступлений, члены комиссии настаивали на том, что необходимо сохранять баланс между соблюдением права на частную жизнь и общественным интересом в борьбе с преступностью. По их мнению, контролировать использование таких баз должна общественность, а злоупотребление такими данными нужно сделать уголовно наказуемым преступлением. Их поддержали либеральные демократы и консерваторы, которые считают, что такие базы данных уравнивают виновных и невиновных, тем более что Европейский суд по правам человека в прошлом году признал такие базы данных незаконными.

Борьба с неформалами по-британски

И совершенно неоспоримо мировое лидерство Британии в видеонаблюдении за гражданами. К 2006 году в стране насчитывалось 5 миллионов CCTV камер наружного наблюдения, интегрированных в единую систему — это 20% от их общемирового количества и по одной на 12 граждан страны. (Не считая камер, установленных банками и др. частными компаниями.)

Как писал в 2006 году журнал New Statesman, обычный лондонец может попасть в объективы камер примерно 300 раз в день, житель Манчестера или Эдинбурга – от 50 до 100 раз.

Часть камер оснащена, помимо автоматической системы распознавания номерных знаков и лиц, еще и возможностью определения подозрительного поведения. В 2003 году было представлена новая технология наблюдения за пешеходами, которая анализирует съемки в поисках «поведенческих причуд» прохожих. Полмиллиона фунтов правительство потратило на то, чтобы программа могла распознавать, не является ли походка человека странной или подозрительной.

В Британии, также как и везде, власти, разворачивая программы по тотальному контролю над гражданами, ссылаются на борьбу с преступностью. Однако, как выясняется на практике, тотальное видеонаблюдение играет очень небольшую роль в обеспечении безопасности на улицах. Например, профессор криминологии университета Лейстера Мартин Гилл провел исследование для Министерства внутренних дел 14 систем наблюдения, установленных по всей стране, и пришел к выводу, что камеры имеют очень небольшое влияние на снижение преступности. Только в одной из 14 областей с помощью камер удалось снизить преступность (это была автомобильная парковка). Как пояснил профессор, камера не вмешивается в развитие событий, поэтому не способна помешать совершению преступления.

В конце концов, миф об огромной роли CCTV в раскрытии преступлений разрушил глава управления видеонаблюдения и опознания Скотлэнд-Ярда Мик Невилл. В 2008 он сообщил на конференции, что менее одного из 30 преступлений раскрывается с помощью CCTV.

Между тем, система CCTV в Британии часто используется для выявления так называемого антисоциального поведения. Это очень широкое и расплывчатое понятие, смешивающее мелкое хулиганство и нетривиальные формы поведения в одно преступление. Под антисоциальным поведением подразумевается рисование граффити, попрошайничество, проституция, шумные шествия компанией из клубов и пабов, фейерверки, агрессивные высказывания на улице, распитие спиртных напитков на улице, организация незаконных рейв-дискотек и любые другие формы поведения, которые могут потревожить обывателя. По специальному указу за это теперь можно получить до 5 лет тюрьмы.

Многие граждане понимают антисоциальное поведение по-своему, обращаясь с жалобами на соседей и прохожих, и в результате количество абсурдных приговоров растет. Например, двум подросткам запретили носить по одной перчатке для гольфа, поскольку это может быть символом принадлежности к банде, 15-летнему парню запретили играть на улице в футбол, одному мужчине запретили производить чрезмерный шум во время занятий сексом. 18-летним парням было запрещено собираться больше трех, а когда они собрались в клубе большой компанией, то были арестованы. Под подозрение в антисоциальном поведении теперь может попасть любой человек, чей образ жизни или манера одеваться непривычна для большинства.

В Соединенном Королевстве также существуют черный список экстремистов, которым запрещен въезд в страну, и в мае 2009 года он был обнародован. Наряду с российскими скинхедами Рыно и Скачевским, которые отбывают срок за убийства на национальной почве, в этот список попал скандальный американский радиоведущий Майкл Сэвидж, известный своими неполиткорректными высказываниями в адрес мусульман, бедняков и др. групп населения. В списке он значился как человек, который поощряет ненависть, способную вызвать межэтническое насилие.

Информационный обмен

Сегодня человек может прилететь из Америки в Лондон и его попросту не выпустят из здания аэропорта. Таких случаев было множество, и все они являются результатом «антитеррористического» обмена информацией между государствами. Между тем, партнерами по информационному обмену могут быть не только демократические страны, но и наиболее одиозные режимы на планете.

В 2008 году в список подозреваемых в терроризме, которым необходимо специальное разрешение для въезда в США, попали лауреат нобелевской премии Нельсон Мандела и его бывшие соратники, ныне члены правительства ЮАР. Выяснилось, что в 70-е годы Африканский национальный конгресс был признан режимом апартеида, а также и террористической организацией.

Сведения о лидерах Конгресса попали в базу данных, в которую автоматически засунули старые списки.

Очевидно, что произошедшее не случайность, а закономерность, обязательная при формировании таких мегабаз данных, как TIDE, куда стараются втянуть как можно больше информации как о собственных гражданах, так и о иностранцах и установить максимальное количество связей между ними.

Если такие базы будут расти, а обмен информацией между спецслужбами разных государств развиваться так, как это происходит сейчас, количество таких ошибок возрастет многократно.

Фотографии РИА Новости

Обсудить "Тотальный контроль: западный опыт" на форуме
Версия для печати
 



Материалы по теме

За какой надобностью России воевать с Америкой? // СЕРГЕЙ МИТРОФАНОВ
Война не за горами? // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Прямая речь //
В СМИ //
В блогах //
Гамбургское послевкусие // АЛЕКСАНДР ГОЛЬЦ
Прямая речь //
В СМИ //
Защита репутации чиновника автоматизируется // АНДРЕЙ СОЛДАТОВ, ИРИНА БОРОГАН